Убийство во времени полностью

– По сути, это смыкание между измерениями или пространственно-временными пластами, которые сворачиваются сами по себе. – Она вздохнула. – Это сложно. Сначала я думала, что это просто совпадение. Ужасное и странное, но случайное. – Она невидящим взглядом смотрела в темноту и говорила тихо, будто сама с собой. – Но затем нашли тело Лидии.

– Как это связано с вашей… историей?

Она встрепенулась и посмотрела на него.

– Я поняла, что Лидию убили и что преступник – серийный убийца. А в моем времени это моя профессия. Я преследую серийных убийц.

– Вы преследуете убийц?

– Серийных убийц. Это еще называют неординарными убийствами. Я спецагент ФБР. Я изучаю этот тип убийц, устанавливаю их схемы поведения и предсказываю их следующие шаги.

– Но вы же женщина!

Она гневно уставилась на него.

– И что? Вы думаете, что в жизни женщин ничего не изменится в следующие двести лет? Позвольте, я расскажу вам кое-что, дружок… О боже, что я делаю? – Она покачала головой и почесала переносицу, пытаясь сосредоточиться. – Я ухожу от темы. Давайте я просто скажу, что женщины добьются многого. И я хорошо справляюсь со своей работой. Или по крайней мере я раньше так думала. – Она замолчала, когда чувство вины вдруг накрыло ее новой волной. – Я не предполагала, что Роуз может грозить опасность. Я этого не ожидала. – Она провела рукой по лицу, почувствовав внезапную усталость. – Я допустила промах. Зачем я здесь, если я промахиваюсь? В чем смысл?

Она обняла руками голову. Алек молча смотрел на нее. Наконец он уточнил:

– ФБР?

– Федеральное бюро расследований, – пробормотала она, затем вздернула голову, чтобы посмотреть на него. – Вы мне верите?

– Мне нужно время, чтобы все обдумать, – это все, что он ответил. Затем он встал, взял ее за руки и поднял на ноги.

Мир вокруг нее кружился, и Кендра была вынуждена схватиться за его руку.

– Думаю, я слишком много выпила.

– Уверен, что вы слишком много выпили.

Она покосилась на него.

– Но это не значит, что я говорила неправду. Или несла пьяный бред. Или что у меня белая горячка.

– Вы говорили чертовски невероятные вещи. – Он притянул ее к себе, практически неся на себе через оставшиеся ступени.

– Вы расскажете герцогу о том, что я вам рассказала?

– А вы хотите, чтобы я рассказал?

Она прикусила губу.

– Я не знаю.

– Если кто-то и способен к непредвзятым суждениям в отношении такого фантастического предмета, то это герцог.

– Я подумаю об этом.

Алек застал ее врасплох, когда провел пальцем по ее прямой челке.

– Ваша прическа… распространена у женщин в будущем?

Кендра задумалась.

– Она точно не редкость. У нас есть основные тренды, но еще остается огромное разнообразие разных причесок и стилей, которые были изобретены за все предшествующие годы.

Алек покачал головой.

– Не могу поверить, что я разговариваю с вами на такие темы. Это невероятно.

– Добро пожаловать в мой мир, лорд Сатклифф.

Алек снова замолчал. Затем мягко посмеялся.

– Вообще-то, мисс Донован, если верить вам, то это я должен приветствовать вас в моем мире.

Спустя час Алек отпустил своего слугу и сел перед камином в своей спальне, разглядывая стакан бренди в руке. Он уже в который раз за сегодняшний день задавался вопросом, не сошла ли Кендра Донован с ума, или не сошел ли с ума он, слушая ее. Ее истории с этими завихрениями и кротовыми норами – о том, черт возьми, что она из будущего, – были нелепы. Просто абсурдны.

И все же, восстанавливая в памяти события того первого вечера, когда она, спотыкаясь, прошла сквозь проход, он вспомнил, как удивленно она смотрела на свечи. Как будто она раньше никогда такого не видела. И на вазы эпохи Мин.

Двести лет – скорее более пятисот лет!

Он вспомнил, как она укротила скитника теми странными движениями. Она была спецагентом в Федеральном бюро расследований; она преследовала серийных убийц. Боже мой, что за женщина будет таким заниматься? Хотя, если верить ее словам, роль женщин в обществе сильно поменяется. Бекка по крайней мере придет в восторг, если узнает об этом.

Он покачал головой, не в состоянии понять свои собственные чувства. Верил ли он ей? Кто мог придумать такую историю, если это вымысел?

Она так эмоционально говорила о Джейн Остин, авторе «Гордости и предубеждения». Он тогда подумал, что у нее есть какая-то связь с писательницей, и сразу же послал записку издателю. Он еще не получил ответ и задавался теперь вопросом, что он почувствует, если он подтвердит дикий рассказ Кендры.

Он не мог заставить себя поверить в то, что это был бред сумасшедшей. Но она напилась. Мог ли он убедить себя в том, что это была история, сочиненная под влиянием слишком крепкого алкогольного напитка? Возможно.