– После того как наш скитник повстречался с мисс Донован, он теперь десять раз подумает, прежде чем кинуться на леди. Она его чуть было не убила, – медленно произнес Алек, его глаза блестели от удовольствия. – Но у моей тети менее строгие требования к скитнику, чем у сэра Джереми, так что, я уверен, Томас никуда не убежит.
Морланд посмотрел на них обоих с неуверенностью.
– Не считая скитника, нашли ли вы что-то, касающееся той распутницы, Сатклифф? Мне сказали, что сыщик приехал и уже уехал.
Нотка раздражения закралась в его голос. Кендра поняла, что, будучи судьей, он олицетворял здесь местный законодательный орган. И даже несмотря на то, что эта роль казалась больше символической, чем функциональной, Морланд, кажется, имел такие же территориальные притязания, как и все, кого она знала в правоохранительных органах. Или, может, это было просто мужское эго. Как бы там ни было, было ясно, что Морланд не был рад, что пропустил сыщика.
– Так как мистеру Келли необходимо обойти все бордели Лондона, герцог решил, что ему нужно начать выполнение этой задачи как можно скорее.
– Это масштабная задача для сыщика. Вы думаете, он с ней справится?
Алек пожал плечами.
– Мистер Келли выглядел компетентным человеком.
– Тогда мы пока что поставили расследование на паузу, пока не вернется сыщик.
– А что, охотник на воров уже уехал? – спросил еще один голос.
Кендра посмотрела на двух мужчин, которые медленно спускались по склону. Она узнала их обоих, они были на вчерашнем полднике. Мужчина пониже имел круглое, почти детское лицо с тонкими светлыми волосами и голубыми глазами. Другой был симпатичным молодым человеком, который пил из своей фляжки. По взгляду его светлых глаз она подозревала, что он и сегодня пил. Или, может, никогда и не прекращал.
– Гэбриэл, – голос Алека был ледяным. – Ты что здесь делаешь?
Симпатичный молодой человек, Гэбриэл, сдвинул брови и выбросил вперед руки.
– Ты мне не нянька, Сатклифф. Пока его светлость не сыграл в ящик, здесь еще ничего тебе не принадлежит. Я могу ходить куда хочу.
– А ты самоуверен, как всегда, – гневно выпалил Алек.
– Гейб. – Второй мужчина положил руку на плечо Гэбриэла, бросая на Алека беспокойные взгляды. – Может, нам вернуться в замок?
– Послушай Харкурта, Гэбриэл. И осторожнее с портвейном.
Гэбриэл вспыхнул и смахнул руку своего друга.
– Я бы предпочел, чтобы вы занимались своими делами, лорд. – Его подбородок воинственно выдвинулся вперед, взгляд пылал. Он шагнул вперед, и в какой-то момент Кендра подумала, что он врежет Алеку.
Затем вмешался Морланд, который также вышел вперед и похлопал Гэбриэла по плечу:
– Я дойду с вами до замка, мой мальчик. – В его голосе звенела наигранная веселость. – День слишком хорош, чтобы портить его перебранкой.
Искусным движением Морланд и Харкурт поддержали Гэбриэла с двух сторон и как можно скорее увели по тропинке. Кендра уставилась на Алека.
– Что происходит между вами? Ясно, что этот парень хочет выпустить вам кишки.
Несмотря на скверное расположение духа, Алек улыбнулся.
– Мисс Донован, леди не упоминают внутренние органы.
– Запомню. – Они шли вслед за трио в более медленном темпе. Она покосилась на него с любопытством. – Кто он? Ревнивый соперник? Старый враг?
Улыбка Алека улетучилась, на его лицо упала тень.
– Можно и так сказать, – наконец ответил он. – Он мой брат.
Очевидно, семьи в девятнадцатом веке были в той же степени несчастливыми, что и в двадцать первом. Кендра задавалась вопросом, могло ли простое соперничество быть истинной причиной враждебности Гэбриэла? Или здесь было что-то еще, что-то более темное, более нездоровое, чем зависть.
К тому времени, как герцог послал за ней, у нее появилась уже третья мозоль от нарезки овощей. Это напомнило ей о нежных руках Джейн Доу. Это были определенно
Она зашла в кабинет и остановилась, когда увидела грифельную доску.
– Немногие люди осмеливаются заходить в классную комнату, только некоторые – в то крыло замка, но мне не кажется, что стоит доводить до истерики хоть кого-то, кто будет настолько любопытным, чтобы пойти туда, – сказал Элдридж, встав со своего стула и направившись к доске. – Я подумал, что лучше принести грифельную доску сюда.
Она кивнула.
– Это хорошая идея. Некоторые слуги уже начали думать, что во всем виноваты цыгане. Вообще-то, может, вам лучше их предупредить. Им могут грозить неприятности.
– Больше нет необходимости. Цыгане исчезли.
Она удивленно подняла брови.
– Вы уже им сообщили?
– Мы с Алеком ездили к табору, но их там уже не застали.
– Как…
– Цыган преследуют на протяжении всего их существования, мисс Донован. Какое бы несчастье ни произошло в деревне: заболела корова, паразиты уничтожили поле, – первыми обвиняют именно их. Даже в наш век многие до сих пор падки на суеверия. Цыгане – прагматичные и умные люди, они уезжают при первом же признаке опасности.
– Что же, одной причиной для беспокойства меньше, полагаю.
Он молча изучал тени под ее глазами.
– Вижу, вы и правда беспокоитесь, – произнес он наконец.
Кендра пожала плечами.
– Приходится о многом беспокоиться.
