– А черт его знает! – Зверев наморщил лоб. – Деревня такая есть у нас на Псковщине. И, по-моему, не одна – а целых две.
Зверев старался собраться с мыслями и морщил лоб. Веню даже слегка насмешил угрюмый вид его несгибаемого и мужественного наставника.
– С деревней понятно, но неужели ты и в самом деле не знаешь, что такое черемша? Сейчас я говорю не о деревне, а о растении, – Веня с завидным упрямством продолжил наседать на Зверева.
– Если не деревня… тогда я ни черта не знаю, что это, – процедил сквозь зубы Зверев, его щека задергалась, а глаза стали наливаться кровью.
– Спокойно, Пал Василич! Не психуй! – Веня напрягся.
– Ну… Я думал… Может, это ягода какая. Нет?.. Орех?..
Веня взял себя в руки и звонко, по-мальчишески рассмеялся.
– Да нет, Пал Васильевич! Черемша – это не ягода и не орех! В Германии это растение называют «Bärenbogen»! Давай уже, ты, знаток немецкого, переводи!
– «Bärenbogen»? – Зверев тряхнул головой и пробормотал: – Слово «Bärenbogen» означает «лук»!.. Медвежий лук!
После первых игр Митя встретился с Зосей Вуйчиком, который, несмотря на все свои усилия, не вышел во второй круг. В течение всего первого тура Зося сражался более чем достойно, но, когда он остался наедине с последним соперником, Зося поставил все имевшиеся у него фишки, имея каре королей, тогда как его противник выложил на стол бубновый стрит-флеш. Так что теперь Зося собирался домой, и они встретились на вокзале в той же самой пельменной, где в свое время так удачно оказался Веня, когда провожал в командировку Катеньку.
Когда Регуляр пробрался сквозь толпу на перроне, стоявшую с чемоданами, рюкзаками и сумками и вошел в кафе, Зося уже поджидал его в уголке за столиком. Все в том же темно-синем костюме и малиновым галстуком на шее Зося Вуйчик глазел в окно, перед ним на тарелке лежала надкусанная сарделька с зеленым горошком, рядом стояла бутылочка пива «Ячменный колос».
Увидев вошедшего в пельменную Ругуляра, Зося встал, и они пожали друг другу руки.
– Я очень рад видеть вас, мой дорогой Митя! Закажете что-нибудь? Готовят здесь ужасно. Сардельки подают холодные, а горошек жесткий. Тем не менее придется сутки трястись в поезде, а моему гастриту нужна хоть какая-то пища, – как будто оправдываясь, заявил печальный, но не сломленный Зося.
На этот раз Зося, все слова и поступки которого так раздражали и бесили Митю в ходе их последней встречи, воспринимался совсем по-другому. Сегодня этот бодрый и уверенный в себе старикан, решивший поделиться с Регуляром секретами, выглядел усталым и надломленным. Он хотел игры – и получил ее. Однако не смог дойти до финала, в отличие от Мити, который до него дошел. Однако сегодня Зося был так же приветлив и учтив и нисколько не показывал, что он завидует Мите или злится на него.
Когда молоденькая буфетчица принесла Мите три бутылочки «колоса» и шницель с макаронами, Зося морщил нос.
– А еще пиво здесь теплое, – согласился Митя, тем не менее зараз осушил из горла первую бутылку.
– Итак, раз уж вы уважили меня и нашли время меня проводить, я, как и обещал, окажу вам услугу. В ходе нашей последней встречи у нас было не так уж и много времени на разговоры, а сегодня до поезда еще целый час, поэтому я расскажу вам о тех, с кем вам придется играть в финале.
Спустя сорок минут, когда объявили прибытие поезда Зоси, Митя проводил своего земляка до вагона. Зося пожелал провожавшему его приятелю удачи, они пожали руки, и Регуляр покинул перрон. Всех тех, кто выиграл и вышел в следующий тур, Митя уже знал и без Зоси, но теперь он не только их знал, а знал, на что каждый из них способен.
Когда через три дня к нему после очередного представления снова подошел тот же самый нагловатый паренек и вручил запечатанный конверт, Митя думал, что снова увидит Юджина. Однако на этот раз старик не явился. Регуляр распечатал конверт и нашел в нем записку, в которой было сказано, что игра состоится сегодня и после вечернего представления он должен был сразу же вернуться домой. Ни точное время, ни место проведения игры указано не было.
Получив записку, Митя позвонил Вене на служебный. Тот взял трубку после первого же звонка, но, когда Митя прочел ему текст послания, ответил не сразу. Это вызвало у Мити волнение, если не сказать страх. Веня, по-видимому, не ожидал такого поворота событий и передал трубку Звереву. Раз они оба у телефона и ждут, значит, им не все равно и моя жизнь вне опасности, сказал Митя сам себе, хотя насчет своей безопасности он все же был не уверен.
– Конспирация у них на высшем уровне, – сухо произнес Зверев в трубку, когда Митя перечитал текст записки уже ему. – Ладно, где наша не пропадала. Слушай меня внимательно, Димочка! Вечером возле твоего дома будут дежурить две оперативные машины. Попытаемся тебя отследить. Если что, на рожон не лезь и сливай игру.
– Сливать игру? – опешил Митя и отчего-то снова ощутил себя беспомощным пацаненком. Единственным, кто называл его Димочкой, была его мама.
– Вот именно – сливай!
– А зачем?
