Убийца Шута полностью

Разве отец не велел тебе оставаться в безопасном логове? Почему ты оставила его?

— Мне было любопытно.

А любопытные щенята попадали в беду с начала мира. Нет, не начинай скулить. Скажи мне, чего ты боишься?

— Я хочу вернуться в постель.

Это то, чего ты хочешь. Ты умна и способна вернуться в логово, где отец оставил тебя, и запомнить, что не надо покидать его без разрешения. Так почему бы тебе не сделать это? Чего же ты боишься?

— Я боюсь крыс. И я не могу найти дорогу обратно. Я здесь в ловушке, — я попыталась вздохнуть. — Я не могу выйти.

А почему же?

— Темно. Я заблудилась и не могу найти дорогу назад.

Я начинала злиться на спокойный, неумолимый голос, даже нежась в тепле и чувстве безопасности, которые он дарил. Возможно, уже тогда я поняла, что почувствовала раздражение, очутившись в безопасности. Постепенно до меня дошло, что я больше не боюсь, а просто растеряна.

Почему же ты не можешь найти дорогу назад?

Теперь он был просто глупым. Или злым.

— Темно. Я ничего не вижу. И даже если бы я видела, я не помню, в какую сторону идти.

Голос терпеливо продолжал.

Возможно, ты ничего не видишь. Возможно, ты не помнишь, потому что испугалась. Но ты можешь чувствовать запах. Вставай.

Выпрямиться оказалось трудно. Я вся промерзла и дрожала, но поднялась.

Иди вперед. Следуй за своим носом. Следуй за ароматом маминой свечи.

— Я не чувствую запаха.

Выдохни через нос. И медленно вдохни.

— Тут пахнет только пылью.

Попробуй еще раз. Неумолимо.

Я низко зарычала.

Вот. Ты искала мужество. Теперь найди разум. Унюхай путь домой, щенок.

Я хотела, чтобы он ошибся. Я хотела оправдаться в своем страхе и отчаянии. Я вздохнула, чтобы сказать ему, что это глупо, и… различила запах мамы. На меня нахлынуло одиночество и жажда по той, которая так меня любила. Мое сердце повлекло меня к запаху, а мои ноги последовали за ним.

Я была как в полусне. Дважды я останавливалась, думая, что потеряла его. Я должна была двигаться в темноте, но помню, что медленно прошла сквозь летний сад, через жимолость, которая широко разрослась и опутала каменную стену.

Я подошла к месту, где сквозняк коснулся моего лица. Он спутал запах, и я снова очутилась в темноте. Мое сердце подскочило к горлу, и я потянулась вслепую, ничего не ощущая. Рыдания ужаса боролись с бешено стучащим сердцем за право первым выпрыгнуть из моего рта.

Успокойся. Используй нос. Страх теперь бесполезен.

Я всхлипнула, подумав, что он бессердечный. И снова поймала аромат. Я повернулась в его сторону, но он стал слабее. Я медленно повернула голову и окунулась в него, будто руки мамы легли на мои щеки. Я наклонилась вперед, вдыхая ее любовь. Небольшой поворот и легкий подъем. Запах усиливался. А потом я наткнулась на полочку. От неожиданности я открыла глаза. Я и не знала, что закрывала их.

И там, рассеиваясь крышечкой глазка, сиял слабый проблеск мерцающего света от огарка маминой свечи. Свет ласкал, желтый, теплый и гостеприимный. Я опустилась на колени, взяла свечу и поднесла ее к груди, вдыхая запах, который привел меня в безопасное место. Я оттолкнула крышечку в сторону и заглянула в тускло освещенный кабинет.

— Теперь все будет хорошо, — сказал я Волку-Отцу. Я повернулась, чтобы посмотреть на него, но он ушел, оставив лишь холодное облачко позади меня.

— Отец? — повторила я, но ответа не было. Мое сердце сжалось, а потом я услышала стук.

— Би. Отопри дверь. Немедленно.

Он говорил тихо, и я не понимала, злится он или испуган.

Стук повторился, потом усилился, и я увидела, как трясется дверь. Затем она подпрыгнула от удара.

Мне потребовалось мгновение, чтобы сориентироваться. Оставив глазок приоткрытым, под тонким лучом света я собралась с духом. Касаясь кончиками пальцев стены, я пошла по узкому коридору, повернула за угол, а потом — еще за один, и вышла к панели. Стук и тряска стали громче.

— Я иду! — отозвалась я и толкнула закрытую панель. Мне пришлось повиснуть на ней, но дверь я все-таки открыла. Отец толкнул ее так внезапно, что сбил меня с ног.

— Би! — коротко воскликнул он и упал на колени, хватая меня.