Я тихо предложил ему:
— Для начала удали его от себя, Чейд. Меньше времени с тобой или Розмэри, больше — с книжниками и менестрелями. Ты не можешь заставить его забыть, что он видел и что знает, но ты можешь уменьшить значение этого. Сделай его благодарным. А когда больше не сможешь держать его здесь, отправь ко мне. Я сберегу его для тебя.
Я старался не думать о том, на что сейчас согласился. Это обещание было не на год или два. Пока Фитц Виджилант жив, и пока он помнит секреты замка Баккип, я нес ответственность за его верность династии Видящих. Верность. Или смерть. Чейд только передал мне грязную работу, которую не хотел делать сам. Я потягивал вино, прикрывая горечь этого знания приторной сладостью винограда.
— Ты уверен, что я не смогу заставить его забыть?
Это резко вернуло мое внимание к старику.
— Что ты задумал? — спросил я.
— Мы по-прежнему работаем над расшифровкой старых свитков знаний о Скилле. Они подсказывают, что можно сделать с человеком, например, изменить его мнение о чем-либо.
Я потрясенно молчал. Иметь возможность заставить человека забыть что-то. Какая ужасная сила. Я глубоко вздохнул.
— Это отлично сработало, когда мой отец решил заставить мастера Скилла Галена забыть свою неприязнь и полюбить его. Только ненависть не исчезла, она просто нашла другую цель. Припоминается, это был я. Ему почти удалось убить меня.
— Твой отец не имел преимущества полного обучения в Скилле. Сомневаюсь, что Гален тоже. Так много было потеряно, Фитц! Так много. Почти каждый вечер я работаю со свитками, но это не то же самое, как учиться у знающего мастера Скилла. Выяснять их смысл — дело трудоемкое. И идет оно не так быстро, как я хочу. У Неттл нет времени помочь мне. Информацией, которая содержится в них, не поделишься с кем попало, да и свитки очень хрупкие. У меня самого теперь гораздо меньше времени для ночных исследований, чем я привык. И вот свитки заброшены, а вместе с ними — кто знает, какие? — секреты.
Еще одно одолжение, изложенное в форме вопроса.
— Выбери те, которые считаешь самыми интересными. Я увезу их в Ивовый лес.
Он нахмурился.
— Ты не можешь приезжать сюда, чтобы работать с ними? На неделю в каждом месяце? Мне не хочется отправлять их далеко от замка.
— Чейд, на мне жена, ребенок, усадьба. У меня нет времени шататься туда-сюда.
— Колонны Скилла упростили бы твое «шатание».
— Я не буду этого делать, и ты знаешь, почему.
— Я знаю, что много лет назад, вопреки всем советам, ты, за очень короткое время, неоднократно использовал камни. Я не говорю, что ты должен приходить каждый день. Я предлагаю тебе приходить раз в месяц, приносить переведенные свитки и брать новые. Я читал, что когда-то были курьеры Скилла, которые не меньше чем ты, а то и чаще использовали столбы.
— Нет, — я оборвал спор.
Он наклонил голову в другую сторону.
— Тогда почему бы тебе не привезти Молли и ребенка в Баккип? Нам не трудно найти нового управляющего для Ивового леса. И у Би бы все преимущества, которые мы обсуждали. Ты мог бы мне помочь с переводами и другой работой, познакомиться поближе с молодым Лантом, и уверен, Молли была бы рада чаще видеться с Неттл и…
— Нет, — твердо повторил я. У меня не было никакого желания браться за «другую работу», которую он мог предложить мне. И показывать ему мою глуповатую дочь. — Я счастлив там, где живу, Чейд. Я спокоен и хочу остаться таким.
Он шумно вздохнул.
— Что ж, хорошо. Отлично.
Это прозвучало по-стариковски обидчиво. Следующие его слова обеспокоили меня.
— Не осталось никого, с кем я могу говорить свободно, как с тобой. Полагаю, наше время уходит.
— Полагаю, ты прав, — согласился я и не добавил, что, возможно, это и к лучшему.
На этом мы закончили. Думаю, он наконец смирился, что я отошел от внутренней политики дворца. Если бы появилась необходимость, я бы вернулся, но никогда не согласился бы жить в замке и снова принимать участие в его замыслах. Розмэри вполне подходила для этой роли, а за ней придут ее ученики. Не Фитц Виджилант, конечно. Хотел бы я знать, обрадует это парня или огорчит.
Несколько последующих месяцев я боялся, что Чейд постарается вернуть меня. Напрасно. Свитки для перевода доставлялись пять-шесть раз в год. Дважды его курьеры были учениками Скилла, которые приходили и уходили через столбы. Я не сердился. Когда это произошло второй раз, я убедился, что Неттл все знает. Она сказала немного, но после этого все курьеры приезжали на лошадях.
Несмотря на то, что мы часто общались с Неттл, Дьютифулом и Чейдом, казалось, они решили отпустить меня на волю. И в случайные бессонные ночи я задавался вопросом, грустно или радостно мне от такого отстранения от темной стороны политики Видящих.
