Не переставая говорить, он выдвигал пустые ящики и касался крючков с куда большим воодушевлением, чем я могла бы когда-нибудь испытать при виде платяного шкафа. Я нацепила самую лучшую из своих улыбок и продолжала улыбаться, пока он уверял меня, что комната горничной, примыкающая к моей, скоро будет готова принять обитательницу. Он отрекомендовал мне Кэрфул как возможную личную горничную, и мне пришлось повернуться к ней, скрывая смятение, и выслушать, как она представится. Ей было лет пятнадцать, а может быть, и больше. Она покраснела и сделала реверанс, по-прежнему держа в руках стопку простыней, и я понятия не имела, что ей сказать. Горничная. Мне что же, придется теперь выдумывать для нее занятия? Она вечно будет рядом, станет таскаться за мной? Я вдруг порадовалась, что приняла новую комнату. Если бы я настояла на старой и они бы поселили горничную в той каморке, у меня не осталось бы ни единого шанса воспользоваться тайным входом. Но все равно она теперь будет спать рядом с моей комнатой – смогу ли я выбираться отсюда незамеченной?
Я повернулась к Ревелу. Осторожно, осторожно…
– Комната такая милая, а шкаф просто очарователен. Ты все очень хорошо продумал. И как любезно с твоей стороны было позаботиться о том, чтобы мне стало легче доставать вещи. Это часто становилось для меня испытанием, а теперь, благодаря тебе, мне будет легко.
Впервые на моих глазах Ревел порозовел от удовольствия. Он вдруг мне подмигнул, и я потрясенно сообразила, что теперь мы друзья. Я повернулась к отцу. Я искала его, чтобы попросить о новых зимних ботинках и туниках подлиннее. Но теперь до меня дошло, что просить о таких вещах в присутствии слуг нельзя. Я огляделась. Кэрфул, Ревел и слуга, развешивающий полог над кроватью. Он уже почти закончил, и Кэрфул принялась поправлять драпировки. Я знала Ревела всю жизнь, но, как безродный котенок, всегда безмолвно прошмыгивала мимо долговязого управляющего. Разве у такого достойного и важного взрослого мог быть ко мне какой-то интерес? И все же он получил безграничное удовольствие, обставляя эту комнату для меня.
А теперь Кэрфул должна была стать частью моего мира. Среди армии слуг, поселившейся в Ивовом Лесу, найдутся люди, с которыми я буду встречаться и разговаривать каждый день. И будут другие дети, крупнее меня, но моего возраста, которых я каждый день буду видеть в классной комнате. В моем мире сделалось очень многолюдно. Как же я справлюсь с таким количеством народа?..
Они станут частью моего мира, но не частью семьи. Моя семья – это отец. И мы с ним должны стоять спина к спине, всегда, и защищать себя от слухов и домыслов. Я сперва не знала, почему это так, но потом вдруг поняла. Пусть они называют меня Би Баджерлок, но на самом деле я Би Видящая. Это знание заполнило прореху в моем представлении о мире, точно кирпич вставили на место, заполнив дыру в стене. Я Видящая. Как мой отец. Так что я улыбнулась и очень четко проговорила:
– Я пришла спросить, когда наставник будет готов давать мне уроки, папа. Мне не терпится начать.
Я увидела в отцовских глазах проблеск понимания, и он мне подыграл:
– Он сказал, что, возможно, приступит к работе через два дня. Ему наконец-то стало лучше после путешествия.
«После побоев», – мысленно уточнила я. Мы все притворялись, будто не знаем, но достаточно людей видели его избитое лицо, когда он прибыл, чтобы понять, отчего наш новый наставник не покидает свою комнату и постель.
– Что ж, чудесно. – Я медленно обвела комнату взглядом, широко улыбаясь, чтобы ни у кого не осталось сомнений, как все это меня радует. – Так комната готова? Сегодня я могу спать тут?
Ревел улыбнулся:
– Осталось только разгладить простыни на кровати, госпожа.
– Спасибо. Уверена, мне тут понравится. В моей старой комнате остались кое-какие вещи, которые я хотела бы принести сюда. Пойду за ними.
– О, леди Би, уверяю вас, в этом нет нужды! – Ревел поспешил к сундуку в изножье моей новой кровати и распахнул его. Опустился на одно колено и подозвал меня, а потом его длинные пальцы принялись перебирать стопку сложенных тканей. – Вот еще одно одеяло, желто-кремовое, для очень холодных ночей. А вот плед, в него можно завернуться, когда захотите посидеть на подоконнике. Новая красная накидка с капюшоном. И поскольку нам пришлось избавиться от большей части вашего гардероба, я попросил портниху Лили сшить вам несколько новых платьев. Вот гляжу на вас и понимаю, что они великоваты, но сгодятся до той поры, пока не найдется время, чтобы их подогнать по фигуре. Поглядите-ка, вот коричневое с желтой окантовкой, а вот зеленое. Это немного простенькое; может, вы хотите, чтобы по краям сделали вышивку? Ой, забудьте, что я спросил; ну конечно, вы хотите. Я отправлю ее портнихе.
