— Ну так тут ты сильно ошибся, братец! — (Его красная рожа так и зыркнула на меня в зеркальце.) — У меня к тебе еще много вопросов. И я по-прежнему жду ответа на последний — кто эта…
— Кончай, Хауард! — Боб резко дернул головой. — Больше об этом не спрашивай, а не то я лично потеряю терпение. Я знаю эту девушку. И родителей ее знаю. Она в городе — из самых приличных девчоночек, и у меня нет ни малейшего сомнения, что у Лу было свидание с ней.
Хендрикс насупился и раздраженно хохотнул:
— Не понимаю. Как по секрету ее имя назвать — так приличная, а как спа… Ладно, оставим. Будь я проклят, если понимаю, в чем тут дело. Чем больше с вами живу, народ, тем меньше вас понимаю.
Я обернулся с улыбкой — весь такой дружелюбный и серьезный. Нехорошо, если кто-то на меня сердится, — во всяком случае, пока. А тому, у кого совесть нечиста, выходить из себя не стоит.
— Мне кажется, Хауард, мы тут все довольно негибкие, — сказал я. — Наверно, это потому, что наши места никогда слишком плотно не заселялись и человеку надо было дьявольски аккуратно себя вести, иначе его на всю жизнь запомнят. То есть в толпе ему никак не раствориться — он всегда на виду.
— И что?
— И то, что если человек там или женщина что-нибудь делает — ничего плохого, понимаете, мужчины и женщины всегда таким занимаются, — никогда не выдаешь, что тебе об этом известно. Ни за какие коврижки, потому как рано или поздно тебе самому занадобится такая же услуга. Понимаете, как все устроено? Только так мы и можем людьми-то оставаться и другим в глаза смотреть.
Он безразлично кивнул:
— Очень интересно. Ну все, Боб, приехали.
Шериф Мейплз съехал с дороги на обочину и остановился. Мы вышли, и Хендрикс кивнул на заросшую дорожку к старому дому Бранчей. Мотнул головой даже — а потом повернулся и посмотрел на меня:
— Видишь вон там след, Форд? Знаешь, от чего он?
— Ну да, по-моему, — сказал я. — От спустившей шины.
— Признаёшь? Ты, значит, допускаешь, что здесь мог бы оказаться такой след, если б у тебя спустило колесо?
Я сдвинул стетсон на затылок и почесал голову. Поглядел на Боба, чуть нахмурился.
— Я чего-то не очень понимаю, к чему вы, ребята, клоните, — сказал я. — В чем тут закавыка, Боб?
Все я, само собой, понимал. Я увидел, что разыграл все донельзя тупо. Догадался, как только увидел след в сорняках, и ответ у меня уже вертелся на языке. Но выпалить его сразу я не мог. Это надо было сделать полегче.
— Тут Хауард заправляет, — сказал шериф. — Может, лучше ему ответить, Лу?
— Ладно, — пожал плечами я. — Я же сказал уже. Такой след оставляет спустившее колесо.
— А тебе известно, — медленно произнес Хендрикс, — когда этот след оставлен?
— Понятия не имею, — ответил я. — Я знаю только, что это не от моей машины.
— Да ты же вре… А? — Рот Хендрикса глупо приоткрылся. — Н-но…
— Когда я с шоссе сворачивал, у меня колесо не спускало.
— Погоди-ка секундочку! Ты…
— Может, секундочку погодить лучше тебе? — перебил его шериф Боб. — Я не припомню, чтоб Лу нам говорил, будто у него колесо спустило тут, на Деррик-роуд. Я вообще ничего такого не припоминаю.
— Если я и сказал, — встрял я, — то, ей-богу, я не нарочно. Само собой, я знал, что у меня прокол, — машину чуть повело. Но я свернул в проезд, когда колесо еще не спустило.
Боб кивнул и глянул на Хендрикса. Окружной прокурор вдруг стал очень деловито подкуривать. Не знаю, что было краснее — его рожа или солнце, выглянувшее из-за холмов.
Я опять почесал голову.
— Ну, — сказал я, — это, наверно, не мое дело. Но я очень надеюсь, что вы, ребята, не жевали хорошую шину специально, чтоб ее тут прокатить.
Хендрикс захлопал губами. Стариковские глаза Боба заискрились. Где-то вдали, милях в трех-четырех, раздалось «чпок-уффф» — и зарычал буровой насос. Шериф вдруг фыркнул, закашлялся и дико захохотал.
— Хо, хо, хо! — гремел он. — Черт тя дери, Хауард, да смешнее я ничего… хо, хо, хо!..
И тут Хендрикс тоже засмеялся. Сдержанно, натянуто поначалу, а затем уже открыто и бесстыдно. Я стоял и глядел на них, озадаченно щерясь, будто сам хотел с ними посмеяться, только не понимал, над чем.
Теперь я был рад, что допустил такую тупую ошибку. Когда с тебя соскальзывает аркан, еще раз набросят его не сразу.
Хендрикс хлопнул меня по спине:
— Я проклятый дурень, Лу. Надо было сообразить.
— Скажите-ка… — Я сделал вид, будто меня только что осенило. — Вы что, хотите сказать, думали, это я?..
— Конечно, мы так не думали, — ласково произнес Боб. — Ничего подобного.
— Просто надо было проверить, — пояснил Хендрикс. — Нам нужно было получить ответ. Ладно, ты с Конуэем ночью недолго разговаривал, так?
— Нет, — подтвердил я. — Мне показалось, как-то не время для долгих бесед.
