— И мне нужен человек в Столице. Чтобы проверить квартал Синих Фонарей. Кажется, там тоже зреет какой-то заговор. А еще не могла бы ты сходить к своей чудо-подружке?
— Вы же говорили, что не верите во всю эту лабуду? — усмехнулась Рина.
— Так я и не верю. Но сходи. — Асвальд кивнул на листы. — Я там вложил фотку Шуна. Конечно, больше всего меня интересует, что она скажет именно о нем.
— Вы не верите даже после того, как пообщались с Тианом? — спросил Миро, подойдя к ним со спины.
— Ладно, — сдался мальчишка, наигранно закатив глаза. — Признаю, что-то такое утопленники чуют. Или видят. Проблема в том, что этой девчонке слишком мало лет. Может, она что-то и увидит, но вот нормально объяснить у нее вряд ли получится. Просто зайди, все равно же в Столице будешь.
— А кто остальные? — Рина потрясла листками.
— Да так, всякие подозрительные личности. И имба, конечно же.
— Хорошо. — Девушка поднялась, достала из пространственного кармана талисман перемещения. — Как только что-то узнаю, тут же вам сообщу. А вы тут… присматривайте за ним получше, пожалуйста.
— Иди уже!
Когда воронка за ней захлопнулась, Миро уселся рядом с Асвальдом, прищурился. Пустынная каменистая местность хорошо просматривалась во все стороны, к тому же, он бы загодя почувствовал чужой зарождающийся портал. Ночь выдалась тихой и спокойной, но Миро все равно ощущал скрытую тревогу.
— Как там наши друзья? — спросил Асвальд, устроив локоть на острой коленке и подперев голову рукой.
— Пошли на охоту. Завтра соберутся и уйдут в город, хотят оставить там Баальда. Если они согласятся, то лучше нам встретиться уже в Столице. Кстати, — Миро поднял камешек и бросил его в темноту, — нам бы подать заявку.
— И кого мы там пропишем кроме Шуна?
— Никого. Оставим пустые поля.
— Эээ…
— А кто нам запретит?
— Так раньше кто-то делал? — Асвальд подскочил, отряхнул штаны, набрал с земли камешков и принялся запускать их один за другим. — Я не слышал.
— Не делал. — Миро тоже встал. — Но и правила такого не запрещают.
Несколько минут они состязались, чей камень упадет дальше. Тишину нарушали лишь их тихие отскоки да редкий писк летучих мышей, снующих в темной вышине.
— Ты думаешь, они правы? Все высшие — пришельцы? — спросил, наконец, Асвальд.
— И часть имаго вышла из строя? — усмехнулся Миро.
— Помешанность Пса на твоей персоне находит новое объяснение.
— Шанталар потерял часть своих изначальных имаго и решил заменить их людьми?
— Вполне возможно. Если ему действительно нужны так называемые опоры, чтобы проснуться, он мог создать недостающие из людей, подключив их сознание к споре и полностью подавив их личность.
— И как нам определить, кто из высших имаго, а кто — человек?
— Да никак. — Асвальд несколько раз подпрыгнул, размял руки и замахнулся со всей силы, чтобы запустить очередной камень. — Впрочем…
Он застыл, медленно опустил руку.
— Что?
— Есть парочка высших… из тех, убитых. Я поднимал их дела вплоть до дня подключения софта и первого выхода в Даон. Так вот… они говорили, что когда впервые увидели Сателлит, он показался им чем-то очень знакомым. Не по картинкам или записям, они словно почувствовали с ним какую-то глубинную связь.
— Эффект ложного узнавания, — кивнул Миро, прикусив нижнюю губу. — Я тоже слышал о таком. Думаете, это может быть признаком имаго?
— Возможно.
— Хм… Интересно, Шун почувствовал что-то такое, когда впервые погрузился?
— Вот теперь действительно интересно, — хохотнул Асвальд, запустив со всей силы последний камешек. — Но даже если так… какая-то хиленькая из него опора, не находишь?
— Да уж.
— Если только… — Мальчишка сунул руки в карманы. — Если только рою не требуется что-то еще, кроме опор. Что-то, для чего не нужна особая сила.
* * *
Загородные состязания госеров закончились вполне ожидаемо — оба клана показали практически один и тот же результат. Роско по такому случаю даже устроил небольшую вечеринку на открытом воздухе, и ближе к полуночи в ряды веселящихся как-то незаметно влились люди Стального Пса. Последний не возражал, из чего все сделали вывод, что высшие решили пойти на мировую.
Благодаря своей врожденной наглости, Кацу даже среди госеров чувствовал себя, как рыба в воде, а вот второй претендент Роско на одиночную битву — Юхан — явно нервничал в компании тех, кто на порядок сильнее его. Но он был хорошим малым, открытым и забавным, и Кацу очень нравилось проводить с ним время. Поэтому он прихватил с общего стола два кувшина вина и вытащил Юхана из походного модуля, заявив, что даже такие слабаки, как они, заслужили сегодня немного веселья.
Стальной Пес появился на краю поляны, когда порядком захмелевшие госеры принялись устраивать дружественные спарринги. Он встал, заложив руки за спину, и зрители потеснились, освободили участок, позволяя Псу следить за поединками без помех. Роско же привычно находился в самой гуще своих бойцов, постоянно переговаривался с кем-нибудь из них и громко смеялся.
— Ух, какой красивый прием! Надо бы запомнить… Эй! — Юхан ткнул Кацу локтем в бок. — Ты не смотришь. Куда ты там уставился?
