Эрнст помрачнел, если Михась полагал, что ему здесь долго торчать, хотя и сам он уже не первогодок, что же тогда ждало Эрнста?
– Они не успокоятся, пока не сделают из тебя идиота, – авторитетно заявил Михась.
– Что, я тоже буду чемпионом мира по кик-боксу? – попытался отшутиться Эрнст.
– Возможен и такой вариант.
– Хотя, если ты будешь умно себя вести и не трепаться, то возможно и освободишься раньше, чем некоторые из нас, – произнёс Михась и сделал затяжку.
Эрнст задумался, перспектива провести в этих стенах долгие годы вконец добила его. Что же станет с Крис и всеми, кто там, на воле? Дождётся ли она его? Как будет расти его ребёнок без отца? На все эти вопросы он не находил ответа.
Видя, что Эрнст в глубокой печали, Михась нагнулся ему и произнёс вполголоса:
– Есть ещё один вариант, так вышли некоторые из моих корешей.
Эрнст повернулся к нему и ждал.
– Ходят слухи, что наш главный берёт.
– Это ты о деньгах что ли? – спросил Эрнст.
– Именно! – ответил Михась с видом заговорщика и отодвинулся от Лебедева.
Эрнст задумался. То, что сказал ему Михась, не было для него великим откровением. Сейчас брали многие. Но во сколько бы оценил главный его освобождение? И смогли бы он найти эти деньги? Вот уже несколько недель он торчал в «Дубках» и начинал осваиваться с жизнью в лечебнице.
«Надо будет обязательно поговорить с матерью!» – решил Эрнст и покинул курилку.
Было уже довольно поздно, и больные выстроились в очередь перед сестринским постом для приёма вечерних лекарств. Встал туда и Эрнст – на ночь он всегда принимал снотворное, по распоряжению лечащего врача. Медленно подошла его очередь, и Антонина Григорьевна вручила ему его пластиковый стаканчик с таблеткой. Эрнст отошёл и направился к крану с холодной водой, чтобы запить медикамент. Когда всё было закончено он отправился спать. Войдя в свою палату он увидел уже спящего идиота. Эрнст тут же выключил свет, боясь разбудить соседа, и прошёл в темноте на ощупь к своей кровати. Не раздеваясь он залез под одеяло и уставился в окно, куда тихо падал лунный свет.
Вдруг он услышал, как в палате кто-то кашлянул. Он обернулся на стену, из которой любил появляться Ленин и не ошибся в своём предположении – это был его призрак.
– Не вздумай больше говорить со мной вслух! – напомнил ему тут же вождь, – надеюсь, ты ясно понял, где ты находишься!
– Что тебе нужно? – спросил его Эрнст, как он и просил, мысленно.
– Твои глубокие переживания по поводу происшедшего с твоим отцом вызвали меня вновь из небытия и вот я здесь, снова рядом с тобой! – бодро ответил ему Ленин.
– Ты что, пришёл мне высказать свои соболезнования? Это на тебя не похоже, – зло подумал Эрнст.
– Мне хочется напомнить тебе, как ты и твои друзья обсуждали возможные последствия после моего убийства тогда, в семнадцатом, – задумчиво произнёс призрак.
– Тебя тогда не было! Ты появился позже! Как ты можешь знать об этом? – мысленно спросил его Эрнст. Он был зол.
– Ошибаешься, ты просто не мог видеть меня, но я жил уже тогда, правда в твоём сознании! – возразил ему Ленин. – Вы говорили тогда обо всём, вплоть до ядерной войны и глобальном уничтожении человечества. Но что самое странное – всего этого не случилось.
– Это потому, что мне не удалось!
– Однако в одном ты оказался прав. Уничтожение началось, но не человечества, а тебя самого и твоих близких, – продолжал Ленин, не обращая внимания на реплику Эрнста. – Не задумывался ли ты о том, что твоё детище сломает тебе жизнь? И сделает это настолько серьёзно, что у тебя не будет больше выбора!
– О каком выборе ты снова говоришь? Быть «желудком» или гением? Но какая мне от этого разница? Пусть я буду «желудком» – но живым, чем гением и двигателем прогресса, но мёртвым!
– Я смотрю, что просто зря трачу с тобой время! – зло сказал Ленин.
– А разве у тебя самого есть какой-то выбор? Ведь ты – часть моего мозга! – зло и саркастично воскликнул Эрнст. Он произнёс это вслух, совсем забыв о мерах предосторожности, принятых им. Его сосед по палате что-то простонал во сне, но не проснулся.
– Если ты и впредь будешь так орать, то никогда не выйдешь из этих стен! Помни о предосторожностях! – сказал Ленин. – Вот краткий итог твоей машины времени: Крис чуть не погибла под машиной, твой отец умер от сердечного приступа, ты сам заболел тяжёлой формой шизофрении, от которой нет избавления, и она уничтожит тебя, хотя возможно ты сам этого пока и не осознаёшь. Но ещё не всё потеряно. У тебя есть один шанс!
– Ты снова о своём?
– Именно! Ты должен довести начатое до конца!
– А тебе никогда не казалось, что жизнь «желудка» может и мне нравиться?
– При всём твоём желании ты никогда им не станешь! Ты иной! У тебя иное устройство! Сейчас ты просто впадаешь в заблуждение и выдаёшь желаемое за действительное!
– Ладно оставим эту тему! – устало подумал Эрнст. Он знал краем своего сознания, что Ленин говорит чистую правду. Но от этого ему не было легче.
– Сегодня ты узнал, как можно выбраться из этих стен как можно скорее. Чего же ты ждёшь? Действуй! – произнёс Ленин.
