Многих вещей, касающихся эротизма интимных отношений, Сергей прежде не видел, а если и видел, то только в редком кино. Чаще всего в его руки попадали подпольные фильмы порнографического содержания из побежденной Германии или свободолюбивой Америки, на картонных обложках которых обычно красовались замысловатые знаки — что-то вроде шифропентаграмм. И если пентаграмма (от греч. pentágrammoni — pénte — пять и gramma — линия) — правильный пятиугольник, на сторонах которого построены равнобедренные треугольники одинаковой высоты или же, как часто его называют — звездчатый многоугольник, образованный диагоналями правильного пятиугольника, то значки на обложках видеокассет определенно нужно было называть каким-то иным греческим именем.
В древнем мире пентаграмма считалась символом телесно-духовной гармонии и совершенства, а в средние века — магическим знаком. Вообще же у пентаграммы множество имен — практически у каждого народа или магической традиции были для нее свои названия, а то и несколько, так, например египтяне называли ее «Звездой Изиды» или «Звездой Псоглавого Анубиса», а пифагорейцы — «Пентальфой». У пифагорейцев, к примеру, пентаграмма была символом одухотворения жизни и всей природы в целом и, вероятно, неким опознавательным знаком.
И если пентаграмма — это все-таки пять линий… То правильнее было бы называть надпись на коробке кассеты с порнографией — эксиграммой (от греч. éxi — шесть) — шесть линий скрещенных парами, которая в противность «Звезде Изиды» или же «Звезде Анубиса», называлась коротко — «Нýха»…
«Нуха» — эксиграмма магической телесно-духовной гармонии и наслаждения.
Выдуманная Сергеем пентальфа в виде трех иксов — «XXХ» в порноиндустрии означала «big kisses», что переводилось как «большие поцелуи». Но она же, между тем, олицетворяла в молодежной контркультуре и более философскую идеологию, которую называли — «Straight edge».
SXE (от англ. straight edge — «строгая грань») — это было ответвление американской панк-культуры. Согласно легенде, символ «straight edge» — это крест в виде «Х» на руке, появился в 70-е годы, когда несовершеннолетним, приходившим в клубы на концерты, при входе рисовали крест на руке, чтобы, бармены не продавали им алкоголь. Достигнув совершеннолетия, вчерашние тинэйджеры продолжали рисовать крест на своих руках, уже из идеологических соображений и солидарности с теми, кому двадцать один — еще не исполнился. Основным девизом движения 80-х годов согласно английской версии было: «XXХ» — НЕ ПИТЬ, НЕ КУРИТЬ, НЕТ — НАРКОТИКАМ.
В основе идеология стрэйт-эйджеров — лежала обычная идея самоконтроля, постоянная работа над собой и своими действиями. Первоначально SXE движение было частью молодежной контркультуры, выступавшей против употребления наркотиков, алкоголя и беспорядочных половых связей. Быть стрэйт-эйджером, означало не просто поддерживать панк-хардкор-культуру, выбрав свободу от наркотиков, пьянства и табакокурения, но являться носителем пропаганды «трех иксов». А это намного глубже. SXE призывали людей отказаться от привычек, разрушающих человека физически и духовно; не следовать такому жизненному пути, который сконцентрирован вокруг порочных пристрастий, так характерных для современной поп-культуры, но и не являлось догматическим учением с патриархальными ценностями. SXE-татуировка стала неотъемлемой частью Straight Edge культуры в виде иксобразного креста или трех крестов. Сергей, будучи в юности страстным любителем музыки таких групп, как «Bon Jovi», «Aerosmith», «Motley Cru», помнил, что на ранних фотографиях музыкальных составов, солисты, да и весь состав рок-групп — кучерявые длинноволосые и татуированные молодые люди, нередко позировали перед фотокамерами, изображая скрещенными на груди руками именно этот «Х». А многим, из советской молодежи представлялось это как копирование «Веселого Роджера» — символа пиратского начала.
Сергей припомнил, что такую татуировку недавно видел в одноименном фильме «XXХ», с Вин Дизелем в главной роли:
«Кажется, для России, движение стрэйт-эйджеров даже сейчас еще молодое, — подумал Сергей, — никому неизвестное. Двести-триста человек от силы, и те из правых националистов. Так что, большинство людей однозначно читают эту эксиграмму как порнографический символ».
Эта эксиграмма, чаще всего представленная человеческому оку обычной надписью от руки, по какой-то необъяснимой причине была выведена всегда печатными буквами, фломастером черного цвета, и дрожащей рукой. Затертые кассеты с пленками фильмов низкого качества, были пронизаны какой-то чужой, заграничной откровенностью — магической телесно-духовной гармонией наслаждения.
