Лидер нахмурился. С момента получения первой пленки он перебрал всех, кому так или иначе он перешел дорогу. Не сбрасывал со счетов и главную версию: похищение с целью выкупа. Не исключал также, что за похищением могли стоять силовые структуры, то же федеральное управление по борьбе с организованной преступностью. В их арсенале все доступные средства, они ничем не побрезгуют. Но вот чего они добьются этим актом?
Лидер ОПГ думал и все больше убеждался, что ни ГУБОП, ни чеченцы тут ни при чем. Тогда кто?
Он вспомнил неряшливую судью, стоящую у гроба, ее беспомощный взгляд. Он хорошо поработал над ней, ее даже попросили из районного суда, и теперь она без работы. Кажется. До него дошли сведения, что Ширяева начала пить, кто-то видел ее, в одиночестве пьющую коньяк.
Судья могла что-то предпринять, работая в суде. Да и сама мысль о том что Ширяева похитила его сына, показалась настолько абсурдной, что Курлычкин забыл о ней. Сейчас его насторожило заявление Сипягина.
— Корейцы? — переспросил он. — Займись ими лично.
Крупнейший в городе автосалон на Киевской был расположен на самой окраине. От 11-го микрорайона его отделяло широкое шоссе, а школа и детский сад почти вплотную примыкали к дороге. Из окон административного здания салона-магазина хорошо просматривалась широкая площадка перед школой, окруженная по периметру невысоким сетчатым забором. Точно такое же ограждение оцепляло и детский сад.
Перед началом учебного года в школе полным ходом шел ремонт. На укрепленных вдоль фасада лесах трудились рабочие. Правая часть здания была подготовлена к побелке — там, размотав шланги, сновали маляры. Левую часть оштукатурили только наполовину. В ожидании раствора рабочие курили.
Иногда они беззлобно поругивались на местных детей, проникающих на территорию школы, отгоняя их подальше от здания, и те вынуждены были играть у самого забора.
У двоих ребят лет двенадцати были велосипеды, и дети катались по очереди, скрываясь за правым крылом здания, там они разворачивались и ехали назад. С другой стороны школы раскинулся пришкольный участок, чтобы проехать туда на велосипеде, необходимо преодолеть высокий бордюр, поэтому ребята катались только в одном направлении.
Девочки от семи до девяти лет в основном рисовали цветными мелками на асфальте, играли в классики или прыгали через скакалку. Одна из них совсем не умела ездить на велосипеде, и мальчишки катали ее, усадив на раму.
Валентина побывала в магазине и без труда вычислила окна офиса Курлычкина, выходящие прямо на школу, и была приятно удивлена, увидев, что на крайнем окне отсутствуют жалюзи, словно Курлычкин знал о ее внезапно возникшем плане и подготовился, решив помочь судье.
Вчера Грачевский загнал машину на тонировку, и Валентина спокойно часть дня провела, наблюдая за офисом из приятной полумглы салона «Жигулей».
Ее удовлетворили частые передвижения хозяина по кабинету, она сбилась со счета — сколько раз Курлычкин подходил к окну, бросая взгляды на дорогу, на строителей… Часто его фигура на минуту-две замирала у окна. С одной стороны, она виделась монументальной, холодной, с другой — удивленной, словно прорубил он окно в другой мир и взирал на него с любопытством. Но отсутствующее жалюзи выставляло на обозрение встревоженного, нервного человека. Еще немного, и он окажется на грани срыва.
Валентина решительно подошла к рабочим.
— Ребята, хотите заработать?
Бригадир не удивился такому заявлению, к ним часто подходят жители окрестных домов: кто за раствором, кто за известью или колером, пару раз справлялись (скорее всего дачники), увезут ли строительные леса. Обычно рабочие насмешливо отвечали: «Нет, бросим здесь». Иногда люди просто советовались: как лучше развести известь, в какой пропорции смешивать цемент и песок…
— А кто сейчас не хочет заработать? — ответил бригадир с перепачканным известью лицом. На вид ему было лет пятьдесят. — Ремонт, что ли, затеяла, хозяйка? Или стройматериалом интересуешься?
— Нет, у меня чисто спортивный интерес. — Видя, что бригадир собирается закурить, Валентина предложила ему сигарету. Тот поблагодарил женщину кивком головы и прикурил, бестактно намекнув, что табак слабый.
— Так я не понял, что тебя интересует? — Он отметил стильную одежду незнакомки, драгоценное кольцо с камнем, вызывающе дорогие сережки. Непринужденность женщины невольно внушала уважение. Бригадир не был физиономистом, но безошибочно определил, что она привыкла командовать, скорее всего занимает руководящую должность на предприятии или является директором какой-нибудь фирмы. Безучастно подумал о том, что нелегко, наверное, приходится ее мужу, если таковой имеется. Он еще раз бросил взгляд на ее руку: кольцо было на безымянном пальце, но обручальным не выглядело.
Наблюдения бригадира привели к тому, что он вынужден был предупредить:
— Евроремонтом мы не занимаемся, хозяйка, так что извини. Если что по мелочи — покрасить, побелить в неурочное время, — другое дело.
