Они оба засмеялись, а глаза принца округлились от удивления, которое вскоре превратилось в злость. Но в этот раз он предпочел промолчать, ограничившись лишь тем, что с силой сжал руки в кулаки.
— Поторопимся, — лицо Розмунда вновь налилось суровостью. — Сегодня наступает время нового короля.
Однако стража у королевской комнаты ненадолго задержала Блейков, страшась не выполнить приказа Алисии пропустив их. Но мастера угроз все же сумел проникнуть к кровати старика. Выгнав из покоев всех слуг, Розмунд грубо разбудил Грегара и принялся сбивчиво объяснять ему о сложившемся положении вокруг трона. Он лгал, клеветал, даже пытался запугать беспомощного правителя, но тот лишь отвернул свою голову к стене и без малейшего движения смотрел на нее своими пустыми глазами. Тогда лорд подтолкнул к постели дрожащего принца.
— Отец… отец, не знаю, слышишь ли ты меня, но знай — я всегда стремился быть достойным нашей короны, — забормотал юноша заученную речь. — Знаю, ты всегда хотел видеть на троне моего покойного брата, но я не хуже него. Я…я знаю, что мне нужно делать. Передай корону мне, пока орсальцы не уничтожили все плоды твоего правления.
Взгляд старика стал вдруг осмысленным. Он как будто очнулся от наваждения и, повернув свою голову к Робену, обнажил поредевшие ряды гнилых зубов. Из его рта вырвался такой жуткий смех, что даже изумленный Розмунд на шаг отступил от кровати.
— Ты! Братоубийца! Хочешь мою корону?! — захрипел нечеловеческим голосом Грегар. — Хочешь с этими двумя шутами править моим королевством?! Недомерок! Убирайся вон! Тебе здесь не место!
Старик зашелся непрекращающимся кашлем, а побледневший от ужаса принц выбежал из комнаты и понесся по коридорам, не разбирая дороги.
— Он все знает, — с дрожью в голосе проговорил Мариус своему брату, который тем временем не сводил с короля полный ненависти взгляд.
— Вон отсюда! — с трудом прокричал им король, давясь сильным кашлем.
— Ты понимаешь, что этот безумец не отдаст нам трон? — не обращая внимания на правителя, ледяным голосом спросил Розмунд брата.
— Ты…ты же не собираешься…, - выпучил глаза Мариус, осознав, что задумал его родственник.
— Жаль, что эта мысль не пришла в мою голову раньше, — лишь процедил тот и, выдернув подушку из-под головы Грегара, накрыл ей лицо короля.
* * * *
Три коротких стука в дверь, пауза, еще два коротких удара и один затяжной. Это пожаловал Фрип. Но почему он пришел не в назначенное время? Значит, случилось что-то очень важное. И вряд ли его вести будут добрыми.
— Говори, — спокойно произнес Аллард и принялся ждать, пока карлик отдышится после пробежки по дворцовым коридорам.
— Король умер, — наконец выпалил тот свою новость и внутри у советника все похолодело.
— Умер или убит?
— Да какая вам разница? Все кончено! Теперь хозяин загребет все в свои руки. Мой вам совет — седлайте коня и мчитесь куда подальше от этого проклятого места. Скоро кровь польется рекой.
— Как это произошло? Почему ты не предупредил меня раньше?
— Все случилось неожиданно. Блейки с принцем пришли к королю, а потом объявили, что тот скончался.
— А королева?
— Прямо сейчас стража уже идет за ней?
— Стража? Почему?
— Фьора призналась, что королева вступала в греховную связь со своим пажом, да и еще много с кем, у кого между ног болтается что-то стоящее.
«Интересно, если взглянуть сейчас в зеркало, не поседевшего ли мужчину увижу я в отражении? — подумал Уинсон, присев на стул и обхватив голову руками.
Ночные кошмары стали реальностью. Удар врага был слишком внезапным, чтобы к нему можно было подготовиться. Что теперь делать? Попытаться поднять верную королеве стражу и не допустить ее ареста? Но кому сейчас можно доверять, когда власть уже в руках совсем другого короля? Лорд Невилл должен прибыть только завтра, но в его распоряжении нет вооруженных солдат. Попробовать предупредить его? Выслать гонца навстречу? Но что изменится? Невилл наверняка повернет обратно и от страха запрется в своем замке. Маршал Уильям сейчас слишком далеко от Вермилиона. Он мог бы оказать давление на Блейков, пользуясь поддержкой своей армии. Но время упущено, да и сам маршал слишком нерешителен в таких подковерных делах. Рискнет ли он начать гражданскую войну? Да и сможет ли вести ее, проливая кровь своих вчерашних друзей?
А что может сам Аллард, скованный в жесткие рамки своих полномочий, когда под рукой нет даже его верных слуг? Остается лишь бегство? Уже поздно: дворец превратился в большую мышеловку, в которую куда проще попасть, чем покинуть ее.
— Я пойду, — как в тумане донесся до него голос карлика. — Возможно это последняя наша встреча. Будем считать, что я вернул вам свой долг.
Советник промолчал, и Фрип бесшумно выскользнул в коридор.
