Возможно, молодого мастера, мозолившего глаза, даже кто-то специально подставил, кто знает. Слишком уж быстро обнаружили запрещенные эксперименты по очистке искаженных живых существ. И чрезмерно большой скандал из этого раздули — лишили пояса старшего адепта общины и даже имени, назвав Критиром, Отступником. И почему решили, что живых существ нельзя очищать от оскверненной энергии? Ну и что, что меняются внешне. Мало ли болезней похуже этого?
Но если свой позор еще можно пережить, то обременять других Крин не мог. Брак сестры никак не одобряла семья жениха: они не хотели видеть полуэльфийку в своем роду. Та гуляла с возлюбленным тайком. Это продолжалось и год, и два, и три, пять, и семь, а брак так и не согласовывали. В итоге они все-таки проявили неосторожность, и она оказалась в позорном положении: у нее под сердцем был его ребенок, но пожениться им так и не позволили. Семья давила на нее, чтобы та избавилась от бремени. Ее любимый оставил выбор за ней: сказал, что не может повлиять на свою семью и отстранился от решения этого вопроса.
И в этот же момент Крин попался на запретных исследованиях и экспериментах, окончательно разбивая робкие надежды сестры на будущее. Он должен был отстоять свой вклад в этот раз во что бы то ни стало!
Проклятая эльфийская кровь! Проклятые твердолобые друиды! Проклятые правила! Он упорно стоял на своем. Крин не мог покидать дом, но он вырастил сад в междумирье рядом. Открытие способа выращивать растения в междумирье точно не было запретным и несло большую пользу. Секрет сада община заполучить хотела, но требовала от Крина признать и искупить вину. Разумеется, так поступить он не мог.
Время шло. Вопрос не решался. В итоге его родная сестра сдалась семье и покорно избавилась от бремени. Больше она не встречалась с любимым. Как и брат, она осталась опозоренной и запертой в доме. На нее легли обязанности простой слуги: принеси, подай, уберись. Ни о каком браке речь больше не шла.
Крин с тяжелым сердцем смотрел, как угасает его жизнерадостная бойкая сестренка. Ему нужно было отстоять себя. И ее. Смирение сестры показало ему наглядно, что будет с ними двумя, если он сдастся.
Тогда он и обратился к темному Кону³, издревле покровительствовавшему ученым. Направив копии некоторых исследований в его общину, Крин получил приглашение на пост старейшины с условием достижения необходимого уровня освоения техник Учения Кона, а самое главное — обещание свободы любых исследований, прибежище и безграничное покровительство для него и его сестры.
Решив, что хуже уже не будет, Крин принял приглашение общины Кона. Он сообщил об этом сестре, но та не пожелала сбежать и укрыться с ним. Подобное было совершенно неслыханным: потомок древнего рода Эрва отправится служить темной общине! Сестра трусила. Или ей просто было уже все равно?
На следующее же утро после возвращения из общины Кона Крин увидел ужасающую картину в родовом доме: его родственники наложили на себя руки. Близкие и дальние. Старые и молодые. Они не смогли справиться с позором: их род прокляли в лесной общине. Такого он совершенно не ожидал! Он ожидал изгнания с позором для себя лично, но то, что из-за грязнокровного, хоть и прямого потомка, откажутся иметь дела со всем его родом, и что родные поступят таким образом…
Конечно, проблема была глубже, но Критир чувствовал себя виноватым. Что бы ни происходило, семья не отказывалась от него и защищала, а он приносил лишь проблемы, одну за другой. Он снял кольцо Главы рода с пальца деда и пообещал продолжить дело их семьи. Похоронив родных, лишенный семьи и имени Критир заперся в родовом доме и с головой ушел в исследования.
Не сдерживаемый ничем, он в полной мере раскрыл свой талант. Коньком Критира были комплексные заклинания — он умело соединял уже существующие схемы и даже сплетал руны разных Ловов. Именно он разработал методы закрытия прорывов и многие стабилизационные меры, укрепляющие ткань мира. Но как бы Критир ни старался, совершенствуя старые и находя все новые способы, все по-прежнему трещало по швам.
И вот сейчас он размышлял над очередным способом уменьшить влияние на мир от использования сил Ловов. Все общины уже отказались от использования магии в быту, а возле прорывов во всех случаях, кроме тех, что нужны для их закрытия. Но ведь так нельзя, магия нужна каждый день и бесконечно удобна! Если бы вывести отдачу от использования сил Ловов в междумирье или найти какой-либо гасящий материал… Но это лишь мечты.
Как же слаб баланс старого Эрвилессина!
Критир листал книги в поисках хоть какой-то зацепки. Взгляд упал на бутылек укрепляющего. Свойства лекарственных трав… Точно! Если заменить часть сил Ловов, необходимых для активации заклинаний, на ингредиенты с похожими свойствами, можно еще сильнее снизить нагрузку на ослабленный мир.
Подхватив стопку справочников, он быстрым шагом отправился в лабораторию. Настало время экспериментов! Критир увлеченно записывал свойства и проверял возможность замены новыми и новыми материалами.
