Юноша отрицательно качнул головой, не имея ни малейшего понятия, о чём сейчас ведётся речь и как это связано со страхом перед духами леса. Похоже, ему придётся-таки привыкнуть уже наконец, что большинство ответов от колдуна будут, что называется, «с захлёстом» в теоретическую часть. Сам колдун тем временем снова вздохнул, нахмурившись и вытянув слегка губы, словно не знал, с какой стороны подступиться к объяснению собственной мысли.
— В начале было Слово, — морщась от догадки, что вышло излишне претенциозно, заговорил он. — И Слово было — Закон. Всё, что когда-либо существовало во Вселенной, подчиняется этому Закону в той или иной степени. Законы физики, законы математики, законы логики — всё, что нам известно, следует правилам, прописанным для каждого отдельно взятого аспекта. Иногда эти правила пересекаются, большинство правил так или иначе подкрепляют друг друга. Но есть правила, идущие друг с другом вразрез. Взаимоисключающие силы. Ни одна из этих сил не является ни «хорошей», ни «плохой» — субъективная оценка конкретно взятого создания важна только для самого этого создания, но не является определяющей. Улавливаешь пока?
Макс кивнул. Впрочем, не вполне уверенно.
— Магия — как аспект — подчинена правилам, которые конфликтуют с подавляющим большинством других. Поэтому она так желанна для многих живых созданий. Способность к ней открывает возможность идти вразрез с Природой, даёт возможность выйти из первоначальной системы — и чем глубже ты погружаешься в Магию, тем слабее Природа оказывает на тебя влияние.
— Я не понял, так вам было страшно там или нет?.. Мастер.
— Смотря что ты имеешь в виду под страхом.
Парень не сдержался и, закрыв лицо руками, сдавленно тихонько взвыл. Способность Захарии отвечать абстрактными формулировками действовала ему на нервы и до одури изматывала. Неужели он не заслужил хоть немного конкретики и определённости?
— Я занимаюсь изучением магии очень давно, — ровно и спокойно продолжил чародей, игнорируя негодование подопечного, — И знаком со многими её законами. Дух леса не смог бы нанести нам какой-либо вред, потому что я этого просто бы не допустил. Поэтому — боялся ли я за нашу сохранность? Нет.
Он улыбнулся.
— Но было ли мне страшно от присутствия физического воплощения Природы, её воли и силы? Конечно.
Максим осторожно покосился на него из-за неплотно сжатых пальцев.
— Это не страх за жизнь — моей жизни ничто не угрожало, я это прекрасно понимал. Это не боязнь боли — дух не мог причинить её мне. Это не страх за твою сохранность — ты был защищён. Это… Принципиально иной уровень страха, Максимус, — тихий шелест голоса обрёл серьёзность и глубину. — Это
Захария помолчал.
— Не уверен, что могу подобрать нужные слова. Сомневаюсь, что такие слова существуют.
— Думаю, я понимаю, — ощущая исходившие от плеча колдуна вибрации, увереннее покивал молодой Путник.
— Не сомневаюсь, — без тени шутки кивнул в ответ чародей.
— Ты неплохо справляешься.
Максиму пришлось всмотреться в лицо наставника пристальнее, чтобы не проглядеть насмешку там, где он её не услышал. Прислонившись спиной к опоре деревянного крыльца, колдун меланхолично посасывал мундштук трубки и старательно изображал безразличие к шорохам шагов за дверью и обрывкам долетавших оттуда разговоров. Тень козырька над лестницей позволяла находиться на улице без наброшенного на голову капюшона и поднятого воротника — и он, кажется, рад был воспользоваться возможностью побыть немного на свежем воздухе без страха обжечь лицо.
Кустарная операция прошла успешно — спасибо магии. Девушка могла бы потерять гораздо больше крови и пострадать гораздо существеннее, если бы Захария не выступил в качестве донора и не прихватил с собой из дома волшебный кристалл: зачарованный камень подстроил и группу, и резус-фактор под реципиента (
— Эм… Спасибо.
— Есть секрет?