Ученик Истока. Часть I полностью

Он одним махом влил в себя ещё один полный бокал. В таком состоянии чародея Максиму видеть ещё не доводилось: впервые на его памяти старик по-настоящему нервничал.

— Останешься ли ты под моей опекой в Эпиршире и отправишься на фронт, — выдохнул он, — Или уедешь из этого королевства один.

Что-то острое и тяжёлое скрутилось у парня в животе и болезненно заворочалось, царапая внутренности.

— А вы уехать не можете?

— Если бы мог, подобный выбор бы перед тобой не стоял — всей этой ситуации вообще бы не было. Помимо наивного идиотизма вроде связей, недвижимости и остального имущества, нажитого моим потом и чужой кровью, есть вещи куда более значимые и важные, оставить которые для меня равносильно смерти.

— Айгольд?

— Как минимум. Или что, предлагаешь попробовать уговорить его бежать с нами?

Подобное предложение даже на этапе отчаянной идеи звучало не только неправдоподобно, но и откровенно глупо.

— Тот факт, что Айгольд не прибежал сюда с горящей жопой и не сообщил об этом лично, подтверждает серьёзность положения. Думаю, его попросту не выпустили из замка. Буду говорить прямо: я понятия не имею, сколько у нас остаётся времени до момента объявления войны народным массам. Может, неделя. Может, день. Может, час. Как только это случится, найдутся отчаянные головы, готовые на всё, лишь бы покинуть пределы Эпиршира, и хотя им будет плевать, куда и как бежать, пусть бы даже с голой задницей, их поезд уже уйдёт. Все крупные дороги, сообщающиеся с соседними королевствами, перекроют; любые суда, покидающие территорию страны, начнут досматривать с такой тщательностью, что Хэдгольд лично будет осведомлён о количестве крыс в трюме самой маленькой пинасы. О магических порталах и говорить нечего: их выходы и входы легко отследить, а там уж поймать и отправить дезертиров домой дело техники. Понимаешь, к чему я веду?

— Если я решу бежать, у меня на всё про всё от недели до часа, — заключил парень, чувствуя, как холодеют руки.

В кухне стало тихо. Давящее молчание выжимало из Максима хрупкое и шаткое самообладание, за которое он держался как утопающий за соломинку. Самое главное в стрессовых ситуациях — не паниковать, он помнил это с детства, помнил как «Отче наш», пусть и не всегда находил в себе силы не провалиться в зыбучий песок ужаса. Но больше всего его пугала не война — и даже не необходимость покинуть королевство как можно скорее и в полном одиночестве. Больше всего его испугала скорость, с которой над его головой закручивалось око урагана.

Полчаса назад он ходил по чародейскому саду и обсуждал с младшим Агнеотисом гипотетические пути наступления. Час назад он сидел на лавочке на крыльце, обнимая учебник, и робел, признавая, что осведомлён о политической обстановке их государства. Полтора часа назад он кормил Дрозда, наблюдал за тем, как медленно опускается солнце за крышами города и думал о какой-то бытовой ерунде — о козах, о приближающейся осени, о том, что неплохо было бы сходить на днях в какую-нибудь лавку прикупить одежду потеплее…

И вот он на кухне, сидит и слушает, что ему нужно бежать. Оставить всё, к чему он даже толком привыкнуть по-настоящему не успел, и бежать в неизвестность ещё менее гостеприимную и доброжелательную, чем всё, что встретило его здесь. Бежать не оглядываясь, скрываться и прятаться, начинать всё с нуля. В одиночку.

— Спрашивать, что, по вашему мнению, будет лучшим вариантом, я так понимаю, не вариант.

— Не вариант, — подтвердил Захария. — Одно дело — взять на себя ответственность за твой стол и кров, и совсем другое — за твою смерть. Повторную, конечно, но всё-таки. Не мне решать, останешься ты или уедешь, Максимус, ты сам должен определить дальнейший план действий. Но, если захочешь бежать, я помогу тебе сделать это как можно быстрее и незаметнее. Искать не будут.

— А если бежать, то куда?

— В Тулин. Или в Инамиан. Или в Скардсгард. Словом, на север — там у меня знакомых больше и они наверняка не откажут в помощи. Королевства юга в какой-то момент окажутся в той или иной степени вовлечены в эту войну: Лантани наверняка примут сторону Дендриема, Эринготт будет поддерживать Эпиршир, а в Аэно’Элсис или в Вольных землях никто в здравом уме прятаться не станет в принципе. Так что выбор есть, пусть и не богатый. Я бы рекомендовал Тулин — они там все культурные, к Путникам относятся почти как к божьим отпрыскам, да и наука процветает. Хорошее место.

— И… и куда я там пойду?

— К знакомым моим, сказал же, — колдун сделал несколько крупных глотков. — Некоторые из них Путники, но большинство местные, достаточно надёжные, чтобы их рекомендовать. Всё, что тебе необходимо будет сделать — это пересечь границу и направиться к ним как можно скорее, желательно не попадаясь на глаза стражам. С первой задачей я тебе помогу, со второй придётся справляться самостоятельно. Но если ты добрался до меня, думаю, и до них доберёшься.

— До вас доехать мне помог Спар.