Попытка уйти от разговора с треском провалилась.
— На стол уже накрывают, — сухо сообщила женщина, недовольно глядя на архимага. Она справедливо считала, что я встрял из-за него. — Стэн, лети на грифоне, а господин Рагон пусть плывёт на корабле, так безопаснее.
— Не безопаснее, — заверил герцогиню архимаг. — Тем более грифон не сможет перенести Стэна через океан, сил не хватит.
— Там есть острова, — напомнила Грета. — Пусть на них отдыхают.
— Давайте побеседуем за столом, — поморщился я. — С утра ничего не ел.
За столом я рассказал Грете, что завтра будет объявлено о том, что двух приближённых к императору людей из совета магов отправят в ссылку на неизведанный материк. Ей нужно было об этом сообщить, чтобы она не развила бурную деятельность по нашему помилованию. У неё неплохие отношения с императрицей, часто ездила к ней в гости, да и сама императорская особа была частой гостьей в моём дворце. В общем, Грета могла запросто к ней поехать и попросить меня простить, повлияв на своего мужа. В общем, рассказал ей, как обстоят дела на самом деле. Мы вроде как будем сосланы на неопределённый срок, но вернёмся, когда утрясём все дела.
Наверное, нужно рассказать, что за совет такой, в который входим мы с Рагоном. Создан он был в первый год правления Зорана, в него вошли самые сильные и доверенные одарённые, которые помогли новому императору сесть на трон и удержаться на нём. Новую власть приняли все, но в первые самые неспокойные годы императора всё же решили проверить на прочность. В подавлении бунтов совет, состоящий из двадцати магов, принимал самое активное участие.
Теперь нас считали кем-то вроде личной одарённой гвардии императора, готовой порвать любого, кто покусится на действующую власть. Репутация у нас была неоднозначная. Например, взять хотя бы меня. Как правило, люди быстро забывают обо всём хорошем, но зато долго помнят о плохом. Во многом благодаря мне удалось отбросить вадагов и закрепиться на их землях, я принимал участие в ликвидации мёртвого пятна, всегда старался помогать людям, но об этом мало кто помнил. Зато все активно обсуждали, сколько человек я убил во время подавления мятежей и при штурме столицы, как будто кто-то специально вёл этот подсчёт. Причём с каждым годом количество убитых росло, в империи нет столько людей, скольких я убил, если верить словам разных болтунов.
Также в совет магов входили мои друзья и бывшие наставники — Ранос и Раст, которые сейчас геройствовали на границе с вадагами. Как мне кажется, в стане неприятеля рассказывают про них страшилки. Стэлла тоже состояла в совете, куда без неё, всё же личный целитель императорской семьи. Минимум пять боевых магов из совета всегда были во дворце, готовые защищать жизнь главы государства. Мне никогда не доводилось стоять на страже императора, да и ночевал во дворце я всего несколько раз, всё же дом находится совсем недалеко.
До последнего времени я в основном находился в магической школе или в своём имении, работая в месте силы. Благо, что у меня имелась возможность добраться до дома и вернуться обратно в столицу верхом на своём грифоне. Рагон вообще маялся без дела, император редко ему что-то поручал, поэтому он старался находиться в месте силы почаще, где мы вместе проводили всевозможные опыты.
Подготовка к отплытию надолго не затянулась, за отведённую нам неделю мы управились. Как я и ожидал, едва мама моей ученицы узнала о том, куда направляется её чадушко со своим наставником, как тут же примчалась ко мне домой и начала умолять не брать девочку в такое опасное путешествие. Пришлось долго и упорно убеждать её в том, что ничего страшного не случится и она будет в полной безопасности. Таскать её с собой по джунглям я не собираюсь, постоянно будет находиться в крепости под присмотром опытных людей.
По-моему, убедить не смог, но делать нечего, на время обучения она принадлежит мне, а всю ответственность за неё несу только я. В отличие от своей мамы, Ингрид обрадовалась тому, что отправится в это путешествие, особенно после того, как я сказал ей о том, что дам ей одно зелье, благодаря которому обучение пойдёт намного быстрее. Это раньше девочка меня боялась, несмотря на то, что прошло совсем мало времени. Забавно, но я стал немного понимать своего наставника, теперь тоже не мог понять, как можно сразу не запомнить какое-нибудь простое заклинание. Тоже иногда хотелось назвать её скудоумной, но сдерживался, по крайней мере, пока.
