Тэнг Цзымин наблюдал. Если что-то пойдет не так, старейшина, хотелось верить, вмешается. Точнее, у меня не было выбора, верить или нет. Главное, не спешить. Позволить телу привыкнуть.
Я ведь уже проходил все это. Давным-давно, когда был младше Сюли и Лина. Смогу и снова. Второй раз, говорят, проще.
Или нет? Стоило расслабиться, и я непроизвольно сбивался на знакомый ритм дыхания, которому меня учили двенадцать с лишним лет — и спохватывался только после шлепка веера. Излишняя сосредоточенность тоже вредила: напряжение тела усиливало неприятные ощущения, превращая их в болезненные.
Нескоро, но мне все же удалось найти баланс.
Вдох, выдох.
Мастеру Цзымину надоело кружить рядом хищным вороном. Он достал с полки свиток, письменные принадлежности и устроился за столиком у окна — долгое время тишину нарушал только скрип пера.
Вдох, выдох.
Белобрысый засранец, кажется, уснул с открытыми глазами, не прекращая дышать в нужном темпе. И чем только Вэй занимается по ночам, что вечно дрыхнет днем? Тэнг Цзымин долго, хмурясь, смотрел на ученика и даже потянулся к вееру, но махнул рукой. Встал, ушел.
Перерыв? Приказа не было, и я, несмотря на жгучее желание сбежать, продолжил тренировку.
Вдох…
Мастер Цзымин вернулся спустя полчаса. Разжег очаг. Вода, вскипая, весело булькала и выплескивалась через край на угли, отчего они рассерженно шипели.
Огонь и вода. Огонь в затекших ногах, лед сковал затылок.
Вдох, выдох…
По комнате расплылся горько-сладкий аромат «жасминовой невесты». Учитель Лучань тоже любил этот сорт чая и иногда угощал меня — вряд ли от нового наставника стоило ждать подобной щедрости.
Вдох, выдох.
Тени прижались к стене у окна, повернулись на восток и вновь пересекли комнату. Из приоткрытой двери повеяло вечерней прохладой.
— Достаточно, — нарушил тишину старейшина Цзымин. — На сегодня.
Вэй тут же вскочил, с наслаждением потянулся. С упреком заметил:
— Я уж боялся, что вы, многоуважаемый учитель, решили оставить нас не только без обеда, но и без ужина. А также без личного времени, которое мы должны тратить на поиск внутреннего покоя и гармонии.
— Чем меньше у вас, оболтусов, свободного времени, тем в Доме спокойнее.
— Что-то не припомню такую великую мудрость.
— Это жизненный опыт, — старейшина пригубил третью чашку, поинтересовался. — Скажи, Вэй, почему я терплю твои выходки?
— Потому что я не только шалопай, фигляр и неуч, у которого язык быстрее, чем мысли, но также редкий талант, гордость и надежда нашего Дома, будущий сильнейший и мудрейший заклинатель этой части Окраины за последнюю тысячу лет. И однажды вам еще придется называть меня главой Вэем!
— Надеюсь, я не доживу до этого чудесного момента, — пробормотал Тэнг Цзымин.
— Не говорите так, учитель! — первый ученик в притворном ужасе всплеснул руками. — Вы относительно молоды и вообще неплохо сохранились, а если попросите у мастера Диши его пилюли…
— Вэй!
Кажется, белобрысый понял, что дошел до некой черты, которую пересекать не следовало, и благоразумно прикусил язык.
— Я вижу, ты жаждешь применить свои многочисленные таланты на пользу Дому…
Вэй насторожился. Я тоже.
— А потому тебе не составит труда привести послезавтра утром ученика первой ступени, за успехи которого ты будешь отвечать вплоть до грядущей осени. Саньфэн, тебя тоже касается. По тому, насколько вы справитесь с ролью наставников, и будет решаться вопрос вашего допуска к экзамену.
Найти ученика? Ничего сложного. В Доме Шипа тоже считали, что обучая других, лучше понимаешь урок сам. А потому старшие частенько тренировались с младшими — конечно же, под присмотром наставников.
— И да, уточняю, — с насмешкой добавил старейшина, — ваш подопечный должен быть из противоположной части Дома.
Это… провал! Найти среди Лозы ребенка, который согласится учиться у меня? Разве что схватить первого попавшегося и приволочь за шиворот, но вряд ли это засчитают. Судя по задумчивости на лице Вэя, задача оказалась трудной и для него тоже. Похоже, девушек в истерике успокаивать было проще.
— Свободны.
— Благодарим за науку, учитель Цзымин.
Вэй первым согнулся в поклоне. Я, замешкавшись, повторил.
За дверью на меня накатило пьянящее чувство легкости… разбавленное неясным беспокойством, будто я что-то забыл.
Дорога в деревню была единственной. На узкой тропе едва хватало места для двоих, но идти рядом с белобрысым мне не хотелось, поэтому пришлось плестись следом и пялиться на его макушку.
Тот же, как назло, брел медленно.
Искушал.
Лестница крутая, и перил нет. Если Вэй споткнется и упадет, никто не удивится. Я, на всякий случай, спрятал руки за спину, не понимая, откуда снова взялось странное желание убить белобрысого.
— Самое простое решение — тебе позвать кого-нибудь из своего Дома, мне — из своего, а потом мы бы поменялись, — нарушая тишину, заметил Вэй. — Но старик этого не одобрит.
— Если мы так поступим, наставник Цзымин, определенно, нас убьет, — пробормотал я под нос.
Вэй услышал. Обернулся. Заметил с неожиданной серьезностью — и куда только исчез недавний кривляка?
— Тебе незачем бояться учителя.
— Я и не боюсь.
