— Да еще и принцессе, — заметил я, погладив ее по щеке.
— Сволочь, — закончила она, а потом нам стало не до разговоров.
Ушла она на этот раз от меня только под утро, когда темнота в комнате стала потихоньку рассеиваться.
— Скажи, — спросила она у меня, накидывая на плечи шелковый халат. — Перстень, что тебе дала Фюрьи, ты снял из-за того, что между нами случилось?
Ну да, еще накануне подарок Рози покинул мой палец и отправился в кошель.
— Если да, то зря, — продолжила Аманда. — У богов к тебе претензий не будет. Только ко мне и к Фюрьи, по крайней мере, так говорят легенды.
— А ты-то тут при чем? — опешил я.
— Я тебя соблазнила, зная, что ты предназначен другой, — пояснила Аманда. — Вот если бы ты пошел к шлюхам, тогда перепало бы только Рози. А так и мне достанется.
— Новое дело, — пробормотал я.
— Да ладно тебе. — Аманда погладила меня по щеке прохладной ладонью. — Я в это все не слишком верю. Точнее, вовсе не верю. Ерунда это все. Я не люблю Фюрьи и этого никогда не скрывала, но не стала бы подвергать ее опасности понапрасну. Все эти рассказы о проклятиях перстней — сказки, которые придумали девушки, чтобы удержать своих избранников, и не более того. Так что можешь смело носить свидетельство собственной тупости и необразованности. Что глаза таращишь? Сам подумай — каким надо быть идиотом, чтобы связать свою судьбу с такой стервой, как Рози?
Вообще-то я перстень снял по совершенно другой причине. В Форнасионе сейчас находились представители семейства де Фюрьи, и у меня не было ни малейшего желания общения с ними. Украшение приметное, новость про то, что их родственница его кому-то вручила, для них таковой уже не являлась, так чего зря гусей дразнить?
Но про проклятие богов я даже и не вспомнил, чего врать?
— А если я сознательно это сделал? — не удержался я. — Ну, а что? Рози красивая, умная и королевских кровей. Отличная партия для такой деревенщины, как я?
Меня перестали гладить по щеке и резко по ней ударили. Ну и тяжелая же рука у Аманды!
Прошуршал шелк, босые ноги прошлепали по полу, дверь в покои скрипнула два раза — открываясь и закрываясь.
Ни тебе «дурак», ни тебе «спасибо за ночь».
— Ну и ладно. — Я, зевнув, повернулся на правый бок. — Хоть посплю маленько.
Не знаю почему, но я был просто уверен в том, что следующей ночью все повторится снова. Ну, как минимум, она придет сказать мне, что я барон Баран или что-то в этом роде. А дальше… Дальше все будет так, как и должно быть.
Правда, перед этим, днем, она будет мерить меня злобным взглядом и молчать. Но это я переживу.
Я захлопал вместе со всеми, приветствуя победителя-оруженосца. И вправду молодец, мечом он орудовал отменно. Интересно, Гарольд это все видел?
На трибунах его с нами нынче не было, он еще с вечера отправился в резиденцию короля Роя. Ему надо было подобрать доспехи и при необходимости подогнать их. А еще согласно традиции провести вечер перед поединками с теми, кто завтра вместе с ним выйдет на траву ристалища, и выпить с ними круговую чашу.
— Обедать пойдем? — спросила у нас Луиза, держащая за руку де Лакруа. — Или останемся здесь?
Робер и Луиза были безмятежно счастливы, может быть, единственные из нас. Гарольд накануне был весь в мыслях о турнире, Фриша и Жакоб переживали за Флика, Флоренс надеялась на то, что кто-то да увидит, какой рыцарь выбрал ее дамой сердца, про меня и Аманду можно было даже и не говорить. Что же до Карла, то он занимался тем, что любил больше всего на свете, — ел все, до чего мог дотянуться, и заигрывал с дамами, сидящими неподалеку.
Граф Жером одобрил ухаживания де Лакруа за своей дочерью, равно как и возможные брачные планы. Гарольд, судя по всему, оказался прав, и наш друг являлся самой лучшей партией для Луизы из всех возможных. Нет, Робер этого вслух не сказал, но все было ясно и так.
Я чуть ли не впервые в жизни искренне порадовался за кого-то. Вообще-то я эгоист. Ну да, эгоист, и даже не слишком этого стесняюсь, хотя, разумеется, и не афиширую. Другие в квартале Шестнадцати висельников не выживают, вот какая штука. Там о тебе думать не будет никто, а если ты кому-то протянешь руку, вместо того чтобы подставить ногу, то это будет верх глупости.
Вот только что-то в последний год это правило работает все реже. То ли я меняюсь, то ли мир вокруг меня сошел с ума.
В результате за этих ребят я радовался так, как радовался бы за себя. И даже немного им завидовал. А чего? У них все просто и понятно. А у меня… Одна где-то ведет свой отряд к успеху, вторая вон сидит и покусывает губы. Тоже небось о чем-то своем думает.
