Сами они меня, понятное дело, убивать не станут. Вчерашние подмастерья получили посохи, стали магами, и запрет на уничтожение чьих-то учеников на них распространяется в полной мере. Но кто может им помешать нанять головорезов? Или подкупить слугу в трактире и поручить ему меня отравить?
Да там масса вариантов. Считать замучаешься. И ведь никто ничего никогда не докажет. А суд Богов? Да кто и когда видел в последний раз их кару за преступление?
Кстати — вроде еще на войне их больше было? Чего ж тут так мало народу сидит? Как видно, не все до выпуска дотянули.
Ну и хорошо. Чем их меньше — тем мне лучше.
Ну а на еще одного знакомца указал Монброн. Он толкнул меня в бок и мотнул подбородком вправо.
Орден Истины. Пять скамей заняли, сидят так, будто кол проглотили, не двигаясь, и, по-моему, даже не дыша. И, само собой, одним из них был Виктор Форсез. Его ни с кем не перепутаешь, хотя бы потому, что он был единственный, кто не снял с головы капюшон.
Вот тоже вопрос — чего тут делает Орден, да еще в таком количестве? Ночью-то мне не до этих мыслей было, а сейчас самое оно о подобном поразмышлять.
Просто здесь ведь событие не сильно светское. Я понимаю, если бы столько народу в черных рясах прибыло, например, на коронацию кого-то из монархов, или там на свадьбу принца-наследника. А тут-то совсем другое? Внутреннее дело, касающееся только магов.
Может, они действуют по принципу: «врага надо знать в лицо»? Или тут что-то еще есть? О чем я даже и помыслить не могу?
Обидно то, что правды я никогда не узнаю. Кто мне ее скажет? Хотя, возможно, оно и к лучшему. Иные вещи разумнее вовсе не узнавать.
А действо тем временем разворачивалось вовсю. Черное кресло окружил десяток магов, судя по их возрасту и длиннющим бородам, из числа высокопоставленных членов «Силы жизни». Лица их были серьезны и, на мой взгляд, напыщенно-величественны.
Как видно, те же мысли посетили и Ворона, поскольку он еле слышно хмыкнул и что-то пробормотал себе под нос.
Один из магов-ветеранов сделал шаг вперед и гулко возвестил:
— От имени конклава «Сила жизни» рад приветствовать всех вас! Собратья, сегодня у нас торжественный день, такой, какой бывает не каждое десятилетие. Сегодня мы приводим к клятве нового архимага, избранного большинством голосов членов нашего конклава. Гай Петрониус Туллий, приди и возьми то, что теперь твое по праву!
Мне показалось, или в голосе глашатая прозвучали нотки недовольства и грусти от утраченных возможностей?
А что, запросто. Может, он был одним из тех, кто тоже участвовал в гонке за титулом архимага, но в какой-то момент упустил свой шанс? Причем, зная характер мастера Гая, можно предположить, что этот маг был одним из самых опасных конкурентов, потому сейчас и вещает от имени конклава. Мой наниматель большой мастер в вопросах унижения ближнего своего. Причем всегда от чистого сердца.
Собственно — а вот и он. Гай Петрониус Туллий. Белое облачение, расшитое золотыми нитками, выражение лица чуть растерянное, как бы говорящее: «Вот ведь! А я и не ожидал, что все так получится». И еле заметная полуулыбка, то ли смущенная, то ли торжествующая, так сразу и не поймешь.
Чую, по-новому теперь пойдет жизнь в «Силе жизни». Кто-то резко поднимется на вершину иерархической горы, кто-то кубарем отправится к ее подножию. Или даже куда поглубже.
Но мне на это, по сути, наплевать. Главное, чтобы новый глава конклава даже не задумывался о некоем замке, затерянном в вечно неустроенных землях далеких от Центральных королевств герцогств. А уж мы ему о себе даже и напоминать не станем.
— Мастер Туллий. — Глашатай сдернул с черного кресла шелковый плат аналогичного цвета, который я сначала даже и не приметил. Под ним, оказывается, лежал довольно длинный золотой жезл, изукрашенный десятками драгоценных камней, тут же ярко засверкавших в огнях светильников. — Прими сей символ власти над нашими душами и судьбами. Не забывай, что жезл этот помнит тепло рук тех, кто создал конклав «Сила жизни», и тех, кто привел его к славе и величию. Сделай все, чтобы стать достойным наследником Великих. А вместе с жезлом прими и титул Архимага, высший среди магического сообщества.
Мастер Гай подхватил жезл, облобызал огромный алмаз, вделанный в его навершие, а после поднял золотую палку вверх, давая понять всем собравшимся, что теперь он воистину Архимаг.
Зал захлопал, правда, не очень дружно. Кое-кто только пару раз соединил ладони, а кто-то, как, например, наш наставник, и этого делать не стал.
А вот дальше произошло то, чего я вообще не ожидал. Вместо ответной речи мастера Гая, которая, как мне думается, в данной ситуации была бы уместнее всего, со скамьи поднялся один из представителей Ордена Истины.
Нестройные аплодисменты тут же стихли, в зале повисла тишина.
