Она не писала родителям и не навещала их. Они наверняка считали ее погибшей и уж никак не думали, что она — та самая Майра Фоссетт, владелица сталеплавильных заводов, шахт и железных дорог. Конечно, если ее сын получит эту коробку и захочет разоблачить ее, они узнают, кто она такая… все узнают. Вэл безусловно ненавидит ее, и как только документы окажутся в его руках, он станет шантажировать ее до тех пор, пока не вытянет последний цент. Мысль о том, что он этого не сделает, даже не пришла ей в голову.
Эвери Симпсон не был знаком с Майрой Фоссетт, но он слышал о ней и, получив приглашение, почуял деньги. Он знал, кто были ее адвокаты и догадывался, что они не станут иметь с ним дела.
Она приняла Симпсона в библиотеке, сидя за письменным столом. Он растолстел и выглядел неряшливо, а она оказалась совсем не той, которую он себе представлял. Она была очень красивой, стройной, с великолепной фигурой, и если в волосах и пробивалась седина, он ее не заметил.
Майра указала ему на кресло и взяла со стола листок бумаги.
— Вы Эвери Симпсон. Были связаны с делом Карнса-Уэльса.
Ее слова ошеломили его. Его связь с этим делом — он нанимал для компании погромщиков — никогда не всплывала ни в прессе, ни в суде.
Прежде чем он запротестовал, она продолжила: — Вы были также связаны со взятками в деле Стерлинга.
Он подскочил. — Послушайте!
— Сядьте! — резко приказала она. — Вы дешевый адвокатишка, я могу перечислить дюжину случаев, которые, стань они известны, привели бы вас к лишению адвокатской практики. А теперь послушайте меня. Если вы честно ответите на мои вопросы, я заплачу — не так много, как думаете вы, но больше, чем мне хотелось бы. Вы будете слушать или мне выкинуть вас отсюда, а материалы отдать журналистам?
Он сидел, потрясенный и испуганный. Никто не знал этого — только она. Опасная женщина, с ней надо быть поосторожнее.
— Вы организовали убийство Уилла Рейли.
Он открыл рот, чтобы возразить, но она движением руки нетерпеливо отмела его протесты.
— Полагаю, вы знаете, что Хардести и Пайк мертвы?
Симпсон не знал. Он промокнул лицо носовым платком. Хардести и Пайк мертвы!
— Как?..
— Они были убиты в поединке племянником Рейли. Вы его помните?
— Но он был всего лишь ребенком!
— Говорят, на Западе очень быстро взрослеют, — хмуро сказала она. Он ведь знает о вас?
Когда Уилл Рейли заставил его написать письма в редакции газет, тот мальчик был в комнате. Симпсон неловко заерзал. Все это случилось далеко на Западе. Конечно, он иногда беспокоился насчет Зонненбрга, и все же…
— Этот мальчик несколько недель назад побывал на восточном побережье и наводил справки, — сказала Майра.
Эвери Симпсон ощутил пугающую тошноту. Он попытался выпрямиться, но его выдавали трясущиеся щеки. На восточном побережье. Тогда он не может чувствовать себя в безопасности даже здесь.
— Кто заплатил за убийство Рейли? — Вопрос прозвучал внезапно, без предупреждения.
— Князь… — он опомнился. — Я не могу вам этого сказать.
Майра Фоссетт слишком долго имела дело с мужчинами, чтобы не знать тип людей, подобных Эвери Симпсону.
— Симпсон, — холодно сказала она, — я пригласила вас сюда не для того, чтобы вы развлекали меня разговорами. И, кстати, я не уверена, что это ваше настоящее имя. — Она увидела, как при этих словах он сжался в кресле. Говорите, что знаете, и не порите чепухи. А если не скажете, — улыбнулась она, — я сообщу Генри Зонненбергу, где вас найти.
Он уставился на нее. Кто она такая? Откуда она все знает?
Через секунду она сказала: — А теперь выкладывайте. И выкладывайте всю правду.
Эвери Симпсон полез в карман за сигарой.
— Разрешите, я закурю?
— Разрешаю, если это освежит вашу память, — сказала она. — Но поспешите, у меня еще много дел.
Князь Павел не раскрывал причин, по которым он хотел уничтожить Уилла Рейли. Он ничего не сказал ни посреднику, который свел его с Симпсоном, ни самому Симпсону. Однако адвокат однажды пил пиво в пабе и упомянул о шрамах на лице князя, и тогда ему рассказали историю о человеке, которого Павел хотел высечь.
После того, как Симпсон ушел, Майра Фоссетт непроизвольно улыбнулась. «Подумать только, — сказала она себе, — кто-то хотел высечь Уилла Рейли!»
Ее мысли вернулись к полученной информации и к тому, как лучше ее использовать. Дела у нее шли хорошо, но до сих пор некоторые двери для нее оставались закрытыми, эти двери может открыть для нее князь Павел — или любой другой князь. Он подыскивал богатую партию для княгини Луизы. Подыскал ли? Каково его финансовое положение в настоящий момент? Он может ей пригодиться.
Он явно был злопамятным — это ей понравилось — и в то же время был дурак, потому что ни один человек в здравом уме не и не мечтал бы высечь Рейли, заглянув в его холодные зеленые глаза. Его можно было убить, но не высечь. Она знала подобных людей, остановить которых могла только пуля, потому что их гордость и смелость не давали им сломаться.
