- Мне… жаль? – предательская краска смущения залила его лицо, и Зуко на краткий мир подумал о том, чтобы загасить фонарь Хьёдзина и укрыться в темноте.
- А мне нет, - ворчливо пробурчала Тэруко. – Это была мороженая шутка.
- Я слышал и похуже от стражников и солдат со Стены, - мрачно сказал Хьёдзин, потрепав Суин по плечу. – Но не при детях.
Зуко поморщился.
- …О.
- Дети? – Тэруко посмотрела на своего командира. – Вы сказали, что малышке тринадцать.
- Да! – подскочила Суин. – Но мы не… здесь никто не сражается, я…
Джия сжала её плечо.
- Мы росли без войны, - сказала старшая девочка. Её голос был спокойным, хотя сама она побледнела. – Это было что-то, о чем читаешь в книгах или духовых сказках. А теперь война здесь, она реальна и так ужасна… - Она отрывисто вздохнула. – Это… это очень тяжело, лейтенант. Нам страшно. Всё время. Я не знаю, как вы можете об этом шутить.
Теперь покраснела Тэруко.
- Моя вина, - сдавленно выговорила она. – Я не поняла, что вы не видели крови.
- Моя, - поправил её Зуко. – Это я жил здесь. – Его сердце упало. – Всё будет куда сложнее, чем я думал.
Хьёдзин окинул его испытующим взглядом, потом печально улыбнулся.
- У тебя получится. Если мы научились верить некоторым Дай Ли, чтобы вытащить Мина, мы переживем и нескольких покорителей огня. Как бы далеко они не засовывали ботинок в рот.
Тэруко фыркнула.
- Вы действительно его вытащили, - с облегчением вздохнул Зуко. – Доклад Широнга был слегка отрывистым в этой части…
И девочки совершенно определенно не смотрели на него.
«О, нет».
- Что ты сделала? – осторожно спросил Зуко.
- Я сидела дома с Джинхаем, - проворчала Суин. – Кто-то должен был.
- О, хорошо… погоди. – Потому что если девочка, которую он учил сражаться, осталась дома… Зуко строго посмотрел на Джию. – Что ты сделала?
- Н-ничего, - неуверенно ответила покорительница земли. – Мелочи.
- Я знаю этот тон, - задумчиво проговорил Зуко, обращаясь скорее сам к себе. – Я им пользовался. С дядей. И он никогда не выглядел довольным. – «О, Агни». – Итак, как сильно ты рисковала шеей, и как много ножей твоя мама греет на огне, чтобы расправиться со мной?
- Эм…
- Я труп, - пробормотал Зуко.
- Она всё ещё жива, сэр, - заметила Тэруко. – Её мама просто сделает так, что вам захочется умереть.
- Мне кажется, Мейшанг считает, что тебе и без того есть о чем волноваться, - улыбнулся Хьёдзин. – Джия закатала Азулу в пол тронного зала. Я слышал, она была не слишком этим довольна.
- Ты что?! – завопил Зуко.
- Это долгая история? – попыталась Джия.
- Начинай рассказывать.
- Хорошо…
«Агни», - чуть позже подумал Зуко, не уверенный, была это молитва или проклятье. – «О, Агни».
Ему не стало легче, когда Тэруко закашлялась. Чтобы скрыть хихиканье.
- Что-то застряло у вас в горле, лейтенант? – насмешливо поинтересовался Хьёдзин.
- Просто вспомнила старинное проклятье морпехов, - захихикала Тэруко. – Пусть тебе достанется дюжина подчиненных, точно таких же как ты.
- Не смешно, - чуть не в слезах всхлипнула Джия. Суин взяла её за руку, сверля взглядом всех присутствующих. – Там были духи, и нам пришлось пробираться во дворец, и я притворилась, что принесла письмо на утро после кутежа, и я думала, что умру…
Зуко выдохнул, пытаясь отогнать в сторону ужас и запоздавший боевой адреналин.
- Молодец.
- Я… что?
- Ты держалась плана. Ты сделала свою работу. Ты не умерла, - прямо заявил Зуко. – Ты выступила против моей сестры и ушла целой и невредимой. Это потрясающе. – Он вздрогнул, желая вдохнуть воздух без привкуса камня. – Можешь сделать мне одолжение и не пытаться это повторить?
- Не без дополнительных тренировок, - влезла Тэруко. – Нехорошо пугать своего лорда, если можно этого избежать. Когда драконьи дети на взводе, что-нибудь может подгореть.
- Тэруко, - простонал Зуко, - я не…
Проклятье, впереди показался свет. Не их.
- Мы должны подходить к стражникам?
- Думаю, да. Чертовы туннели все выглядят одинаково… - Хьёдзин посмотрел на Джию, которая кивнула головой. – Я пойду обеспечу проход.
«О, здорово. Стражники Царства Земли. Это будет так весело».
Было невесело.
«Не надо скармливать им их копья».
Да, часовые были из Царства Земли, а он и Тэруко, очевидно, нет. И эти полдюжины вооруженных солдат были усталыми, расстроенными и охраняли людей, которых Зуко очень сильно хотел видеть в безопасности. Но Хьёдзин и девочки были здесь, чтобы поручиться за них обоих, и время было на исходе.
«Признай это», - сказал себе Зуко. – «Больше всего тебя бесит то, что они считают, будто могут вшестером одолеть нас».
Что, как пытался вбить в его толстый череп дядя, было обычной гордыней, чистой и незамутненной. Такой же глупой, как и их нацеленные на Хьёдзина копья. Даже ещё глупее – он знал, как дорога каждая минута, и как мало времени они могли потратить на них.
Но даже осознавая глупость ситуации, ему хотелось ощетиниться. Неужели они считали, что ему хочется быть здесь, внизу, дышать этим холодным и сырым пещерным воздухом, совершенно непохожим на прогретый благословенным солнцем ветерок…
«Минутку».
