Впервые в истории условием принадлежности к господствующему классу становится не право распоряжаться благом, а способность им воспользоваться, и последствия этой перемены с каждым годом выглядят все более очевидными» [258].
Это – мещанская идея сверхчеловека, несравненно более тупая и низкая, чем у Ницше. Но как научно изложена!
Вот главная статья В. Иноземцева в книге «Постчеловечество» (2007). Она называется «Оп modern inequality. Социобиологическая природа противоречий XXI века».
Иноземцев пишет: «Государству следует обеспечить все условия для ускорения «революции интеллектуалов» и в случае возникновения конфликтных ситуаций, порождаемых социальными движениями «низов», быть готовым не столько к уступкам, сколько к жесткому следованию избранным курсом» [259].
Футурологические дебаты крутятся вокруг идеи создания с помощью биотехнологии и информатики
Вот рассуждения А.М. Столярова, писателя-интеллектуала, лауреата множества премий, вполне понятное и даже всем известное по газетам нашей «буржуазии» (2008): «Современное образование становится достаточно дорогим… В результате только высшие имущественные группы, только семьи, обладающие высоким и очень высоким доходом, могут предоставить своим детям соответствующую подготовку… Воспользоваться [новыми лекарствами] сможет лишь тот класс людей, который принадлежит к мировой элите. А это в свою очередь означает, что «когнитивное расслоение» будет закреплено не только социально, но и биологически, в предельном случае разделив все человечество на две самостоятельные расы: расу «генетически богатую», представляющую собой сообщество «управляющих миром», и расу «генетически бедную», обеспечивающую в основном добычу сырья и промышленное производство…
Очевидно, что с развитием данной тенденции «когнитивное расслоение» только усилится: первый максимум устремится влево – к значениям, характерным для медицинского идиотизма, что мы уже наблюдаем, в то время как второй, вероятно, все более уплотняясь, уйдет в область гениальности или даже дальше…
Современные «морлоки» с их интеллектом кретина будут неспособны на какой-либо внятный протест. Равным образом они постепенно потеряют умение выполнять хоть сколько-нибудь квалифицированную работу, и потому их способность к индустриальному производству вызывает сомнения» [260].
Что же, господа, спасибо за откровенность. Если это нашествие «интеллектуалов» не сгинет само от несварения желудка, люди по крайней мере будут предупреждены и снова на время успокоят «бледную бестию», уж эти-то навыки не забыты.
Но этот очередной припадок претендентов на господство показал, в каком плохом состоянии находятся наше общество, культура и государство.
Вот факт из истории науки. В России дарвинизм был быстро воспринят как биологами, так и широкой культурной средой. Но идеологические воззрения этой среды в 60–70-х годах XIX века были несовместимы с мальтузианской компонентой дарвинизма. Произошла адаптация дарвинизма к русской культурной среде (в США даже вышла книга «Дарвин без Мальтуса»), так что концепция межвидовой борьбы за существование была потеснена теорией межвидовой взаимопомощи (Кропоткина). Социал-дарвинизм и его идеологические продукты были так противны не то что разуму, а даже чувству нашей интеллигенции, что о нем даже не спорили и не говорили. И вдруг, на пороге XXI века, под знаменем демократии – такой выброс примитивного и больного социал-дарвинизма и социального расизма! Запад пережил его сто лет назад, теперь это там – неприличный предрассудок.
Как-то я в Испании на лекции аспирантам по истории науки зачитал кусок манифеста Н. Амосова 1988 года. Аудитория мне не поверила – не может такое быть напечатано в нормальной, легальной газете! Не поверили моему переводу, возникла напряженность, позвали переводчика. Вся аудитория, и правые, и левые, была поражена до глубины души. Но ведь тексты Амосова – это еще детский лепет по сравнению с нынешними!
Почему же явно организованный и поддержанный видными институтами, информационными агентствами и персонами, в том числе из-за рубежа, расистский античеловечный демарш не вызвал никакой общественной реакции? Плюрализмом здесь не оправдаться, удар наносится по фундаменту.
