Глаза Вэстора ошеломленно распахнулись, он попытался восстановить равновесие: расцепив руки, он завращал ими, словно крыльями ветряной мельницы. Он отклонился достаточно далеко, чтобы пуля из пистолета Ника, которая должна была вышибить ему мозги, лишь слегка поцарапала висок. А когда его руки закрутились, ослабла и хватка, которой он сжимал световые мечи. Мейс дотянулся до них через Силу и призвал к себе, включив на ходу светящиеся потоки, за целых шесть-семь миллисекунд до того, как им пришлось отразить заряд, выпущенный из джунглей внизу.
Благодаря своим рефлексам лозовой кошки Вэстор развернулся в воздухе и впился ладонями в камень буквально на метр ниже края обрыва. Его человек в джунглях продолжал поливать Мейса огнем, заставляя отступить, а Ник выбежал из пещеры, вопя: «Я попал по нему? Он мертв? Он мертв?» — пока Вэстор не забрался обратно, с помощью Силы выставляя виброщиты в боевую позицию.
На новый выстрел Ник затратил ровно столько времени, сколько нужно, чтобы спустить курок. И пули застучали по вспыхивающим щитам Вэстора… А Мейс стоял не шевелясь.
И просто смотрел на свое лезвие.
В Силе мир стал подобен кристаллу.
Фиолетовое пламя клинка высветило слабые места этой планеты. Векторы напряженности паутиной метнулись к Вэстору, к Нику, к горе позади, к перевалу внизу и к космосу вверху, поднимая волны, которые соединили Мейса не только с тем, что есть, но и с тем, что было и что будет.
Включение его меча здесь и сейчас — уязвимая точка Летней войны.
Его сознание растворилось в мире, проносясь моментально по ошибочным линиям и результативным направлениям: буквально на одно мгновение он вошел в прямой и непосредственный контакт со множеством времен и мест.
И увидел все.
Словно с какого-то невероятного расстояния Мейс снова увидел, как пленники-балаваи замерли на коленях на уступе и как штурмовые корабли прилетели еще до того, как он поджег деревья, сложенные для сигнального костра.
Джедай увидел, как «Турбоштормы» прилетают в лагерь спустя всего несколько минут после того, как он зажег меч, чтобы защитить детей в бункере от неаккуратного бластерного огня их же собственного народа.
Винду увидел Вэстора, стоящего неподалеку от руин поселения, и вновь вник в смысл его рычания: «Мои бойцы говорят, что ты в одиночку заставил корабли улететь, хотя, кажется, повреждений ты им не нанес. Возможно, ты научил балаваев бояться клинка джедаев».
Но Мейс знал: балаваи не испугались.
Он увидел бластботы в ущелье на перевале, увидел, как они улетают буквально через несколько секунд после того, как он включил мечи. Им приказали отступить.
Потому что он был один.
Потому что, если бы его убили до того, как он добрался до Депы и ее партизан, это бы не решило джедайскую проблему ополчения.
Он увидел себя, стоящего в переулке Пилек-Боу, глядящего в полном недоумении на разрядившийся световой меч.
Он увидел часы, что провел в сковывающем кресле в грязной комнате Министерства юстиции. В ожидании, которое не имело никакого отношения к допросу. Джептан вообще не собирался его допрашивать.
Проследовав по этому вектору напряженности дальше во времени, Мейс увидел защищенную комнату Министерства юстиции, в которой техники раз за разом разрезали различные предметы его световым мечом. Они стреляли по лезвию из бластера и из пистолета, они разрезали им тиссель, ламмас и листья портаака, дюракрит и транспаристаль.
Измеряя и записывая характеристики излучения клинка.
Чтобы их орбитальные спутники затем смогли распознать это лезвие, где бы оно ни было активировано. Вне зависимости от цели его активации.
Поэтому-то меч и разрядился. Джептан, вероятно, понятия не имел о команде для путешествия по высокогорью. Он сам хотел, чтобы Мейс убрался из Пилек-Боу.
Хотел, чтобы джедай встретился с Депой и с ОФВ.
Хотел найти, где же прячутся все эти исчезнувшие коруннаи.
И вот посреди лужайки очередные нити напряженности соединили разум Винду с десятками бластботов, устремившимися в сторону Лоршанского перевала. С кораблями, забитыми возбужденными ополченцами, кораблями, оставляющими позади себя следы, подобные дыму над извергающимся вулканом. Следы из яростного неприятия, страха и ненависти.
Одна из нитей протянулась до спутника, летящего над планетой со скоростью около двадцати восьми тысяч километров в час, и Мейс почувствовал, как на другом конце нити кремниевый мозг замыкает электронное соединение. Он почувствовал, как исполняется простая программка, как автоматические когти отпускают огромные дюрастальные стержни с термозащитными панелями, как примитивные двигатели этих стержней корректируют движение и направляют их в атмосферу под углом настолько крутым, что такое снижение не пережил бы ни один космический корабль.
Но эти стержни не космические корабли, и выживание от них вовсе не требуется.
Вэстор все еще был в воздухе, и Ник целился в него из пистолета, когда Мейс Винду вскинул руки и крикнул:
— Хватит!
Волны Силы, сопроводившие приказ мастера-джедая, сбили молодого коруна с ног и ударили лор-пилека о поверхность горы немногим выше входа в пещеру.
