Теперь, отчаявшись, мне остается сделать то, что я всегда делаю, сталкиваясь с тупиковыми ситуациями: обратиться к урокам Йоды за советом и вдохновением. Я могу вызвать в своем разуме его мудрые зеленые глаза и легкий наклон его морщинистого лба. Я могу услышать его голос: «Ошибки ты не допустил если, но проигрываешь все же… по другим правилам начать играть тебе следует».
Конечно. Другие правила. Мне нужны другие правила. Новые. Новые цели. И они мне нужны через тридцать секунд.
Террел? Террел, подойди сюда. Все вы. Пелл, разбуди мальчишек. Мы будем играть.
[Едва различимый голос мальчика]: «Что за игра?»
Новая игра. Я ее только что придумал. Называется «Сегодня больше никто не умрет».
[Едва различимый голос другого мальчика]: «Я все проспал. А это будет интересная игра?»
Только если мы выиграем.
Может быть, эти балаваи и не были регулярными войсками, но действовали они дисциплинированно и со знанием дела. Их разведывательный отряд вошел в разрушенное поселение тремя группами по двое, передвигаясь аркой в сто двадцать градусов с прекрасной возможностью для перекрестного огня. Световые стержни по-прежнему маячили где-то на середине склона, а эти шестеро уже бесшумно продвигались по деревне в абсолютной темноте. Видимо, у них было какое-то снаряжение для ночного видения. Если бы Сила не предупредила Мейса об угрозе, исходящей от прицелов группы, он бы даже не заметил этот отряд.
Он стоял в непроницаемой тени и смотрел сквозь изогнутые полосы дюрастали на месте бункерной двери. Он чувствовал тьму глубже самой ночи, что сгущалась над поселением, словно туман, встающий над влажной землей. Тьма просачивалась в него сквозь поры и пульсировала в голове, словно черная мигрень.
И не было во всем мире света, способного изгнать подобную тьму. Мейсу оставалось лишь надеяться, что он сам сможет стать достаточно ярким светом, чтобы прорваться сквозь этот мрак.
«Я лезвие, — безмолвно сказал он себе. — Я должен им быть. Я единственный здесь, кто может им стать».
— Террел, — мягко сказал он, — они здесь. Давай, парень.
— Вы уверены? Я ничего не вижу, — произнес юноша за его спиной. Он вытер нос и сжал кулаки, словно пытаясь удержать свою смелость обеими руками. — Я вообще ничего не вижу.
— Они увидят тебя, — ответил Мейс. — Окликни их.
— Ладно. — Не выходя из темноты, Террел повторил: — Ладно, — но на этот раз не шепотом. — Ну ладно, эй, слышите? Не стреляйте! Не стреляйте! Это я!
Ничто не нарушило тишину ночи. Мейс почувствовал, как шесть стволов уставились в дверь бункера. Он прошептал:
— Скажи им, кто ты.
— Да, э-э-э, слышите? Это Террел, вот. Террел Нэкей. Мой отец с вами?
Из темноты слева раздался женский голос, срывающийся от надежды:
— Террел? О, Террел! Кила с тобой?..
Девушка с раной на голове удерживала Пелл и двух мальчиков подальше от дверного проема, но, услышав голос женщины, неуверенно начала подниматься с пола.
— Не выходи, — сказал Мейс. — И держи младших. Мы не хотим, чтобы кого-нибудь случайно подстрелили.
Она покачала головой, снова опустилась на колени и громко сказала:
— Мама, я здесь! Я в порядке!
— Кила! Кила, Кила, Пелл с тобой?
Из темноты по центру донесся мужской голос:
— Тихо!
— Рэнкин, это Террел и Кила! Ты что, не слышал? Кила, что с Пелл?..
— Не двигайся, ты, тупой нерф! И заткнись! — прорычал мужчина. Его голос подрагивал: мужчина был разозлен, измотан и его одолевало отчаяние. — Мы не знаем, кто еще там есть! Тут все разнесли к такой-то матери.
— Рэнкин…
— Они могут быть приманкой! Так что заткнись, пока я тебя не пристрелил.
Джедай покачал головой. Он тоже ждал бы чего-то подобного.
— Террел? — Мужчина позвал мальчика значительно более мягко, наигранно спокойно. — Террел, это Пек Рэнкин. Выйди наружу, чтобы мы тебя видели.
Парень посмотрел на Мейса. Винду спросил:
— Ты знаешь, кто это?
Мальчик кивнул:
— Он вроде как друг моего отца. Вроде как.
— Тогда иди, — мягко сказал Мейс. — Двигайся медленно. Держи руки на виду, перед собой.
Террел так и поступил. Он вышел из двери бункера и на ощупь побрел вниз по склону в сторону разломанных хижин.
— Может кто-нибудь свет включить? Я ничего не вижу.
— Сейчас, — ответил Рэнкин из темноты. — Продолжай идти, Террел. Все будет хорошо. Что случилось с вашим вездеходом? Почему вы не отвечали на вызовы? Где остальные дети?
— Произошла авария. Но все хорошо. С нами всеми все в порядке. Хорошо? — Террел споткнулся о камень. — Ой! Эй, свет можно, а? У меня и так одна рука уже сломана.
— Продолжай идти на мой голос. Ты один? Где остальные дети?
— В бункере. Но они не могут выйти, — сказал подросток. — И вы не можете войти.
— Это еще почему?
За мальчика ответил Мейс:
— Потому что я здесь.
Сквозь Силу джедай почувствовал, как сильно они напряглись. Через секунду из темноты донесся голос Рэнкина:
— И кто же ты такой?
— Вам незачем это знать.
— Неужели? Почему бы тебе не выйти, чтобы мы могли взглянуть на тебя?
