Расторговаться нам удалось всего за три дня, причем, весьма удачно. Никифор Ушкуйник и сотник Никифор Сторожевский договорились с ганзейцами о выгодном бартере, обменяв пушнину на сукно, парусину 'свейский' железный уклад и краску для тканей. Три новгородских 'лодьи' позволяли взять на борт до полутора сотен тонн груза, а поэтому обмен товара на товар, увеличивал прибыль почти на треть. Увы, но грузоподъемность моего тримарана была всего около пяти тонн, поэтому мы закупили только бочку пороха и две бочки селитры, а за остальную пушнину с нами расплатились серебром и какими-то специями.
Больше в Европе делать было нечего, и мы засобирались в обратную дорогу, но здесь начались первые проблемы. Видимо мы перебрали лимит удачи, поэтому нам пришлось задержаться в Любеке еще на пять дней в ожидании попутного каравана в Новгород. Однако сговориться с ганзейскими купцами о совместном плавании так и не удалось, то наши маршруты не совпадали, то караван должен был надолго задерживаться в портах по дороге, что намного увеличивало время в пути, а бесконечно ждать у моря погоды было невозможно.
Хотя небольшой караван являлся лакомой добычей для пиратов, и возвращаться в Новгород всего на семи кораблях было опасно, но время нас торопило. У Никифора Сторожевского могли возникнуть серьезные проблемы на службе, короче говоря 'кончанский сотник' рисковал из-за задержки лишиться хлебного места, а поэтому было решено возвращаться домой самостоятельно.
Немного введу читателей в курс о политической ситуации сложившейся в 1463 году на Балтике.
На Руси в 1463 году шла напряженная подковерная борьба за наследство Василия II Темного, поэтому Москве и Новгороду было не до европейских разборок. На московском престоле утвердился Иван III, однако его власть была довольно шаткой. Новый московский князь был не в чести у Золотой Орды, и Русь замерла, словно перед грозой, но открытое противостояние еще не началось.
Северная Европа давно бурлила, словно закипевший котел на огне, и междоусобные войны велись непрерывно. В балтийском регионе противоборствовали между собой три основные силы: Княжество Литовское, где правил Казимир IV, Тевтонский орден во главе с Великим магистром Людвигом фон Эрлихсхаузеном и Датское королевство, где на престоле сидел Кристиан I.
Литва вела затяжную войну с Тевтонским Орденом, а Дания под шумок плела интриги, в результате которых на вакантный трон короля Швеции взошел Кристиан I. Однако числится королем и управлять страной далеко не одно и то же. Шведское дворянство перегрызлось между собой, и власть в Швеции менялась, словно в калейдоскопе. Одни дворянские группировки требовали передать власть в стране регенту, другие требовали короля, в результате чего шведское побережье Балтийского моря превратилось в территорию без власти.
Как говорится: кому война, а кому и мать родная. Вот в этом бардаке главной силой оказался купеческий 'Ганзейский союз'. Для купца война прибыльное дело, а поэтому Ганза снабжала оружием и припасами все противоборствующие стороны, набивая мошну серебром и золотом.
Единственной угрозой купеческим караванам на Балтике являлись 'свейские' пираты, которые базировались на северном побережье Балтийского моря и разбойничали под крышей шведских дворян. Однако Ганза обладала большими финансовыми ресурсами, а поэтому торговые караваны хорошо охранялись и ущерб от пиратских нападений был относительно невелик.
Мы отплыли из Любека 5 июля 1463 года, так и не найдя себе попутчиков. К этому времени установилась хорошая погода, а попутный ветер благоприятствовал плаванию. На этот раз нам не было нужды заходить в Балтийские порты, и нашей первой и единственной остановкой должна была стать 'Новгородская слобода' на острове Котлин расположенном в Финском заливе недалеко от устья Невы.
'Новгородская слобода' являлась последней удобной якорной стоянкой перед входом в устье Невы, где иностранные купцы нанимали лоцманов, а поэтому у нас был неплохой шанс добраться в Новгород под надежной охраной в большом караване.
Четырехдневный переход от Любека до Финского залива прошел без происшествий и утром 9 июля на горизонте показался долгожданный Котлин. Вот здесь нас и прищучили шесть пиратских кораблей под командой 'Рыжего Черта'.
Как потом выяснилось, ганзейцы специально мурыжили нас в Любеке, чтобы успеть послать гонца к пиратам об отплытии плохо защищенного каравана новгородцев с большой суммой денег и дорогим товаром. В Любеке грабить новгородских купцов было опасно, так и на ответку можно в Новгороде нарваться, а Финский залив уже считался нейтральной территорией, где Ганзе предъявить претензии не возможно.
