– Да сейчас знакомого из СОБРА дерну, он быстро территорию очистит.
– Тогда позвоните, пожалуйста, – попросила я, стянув с себя чужой фартук.
Ник еще так и не разделся, видно чувствуя себя уютно в драной куртке.
Мужичок достал из кармана черный раскладной мобильник и на ходу набрал номер.
– Николай Степанович! Это Юрий Сергеич! Тут у нас бандитские разборки… Да. Еле успели, но не все… Да, говорят, Диму зацепили… Не видел… Может, и пронесло! Ладно… Угу… Не буду… Давай! Ну вот, – довольно заметил Юрий Сергеич, – сейчас он этим бандюгам прикурить даст! Димка – один из охранников – племянник его жены…
– Они попали под выстрелы первыми, – уточнил Ник. Он выглядел невозможно спокойным, так что его хотелось потрясти, чтобы привести в чувство. Я с болью посмотрела на него… Даже думать о том, что сейчас произошло, было страшно!
– Значит, если эти… еще там, им не поздоровится! – сурово ответил Сергеич.
Шесть часов спустя, от души поблагодарив Юрия за спасение и гостеприимство, мы забрались в заледеневшую, но целую машину. Ник дождался, пока я села и закрыла дверь, и тогда, протянув руку, весело сказал:
– Ну с боевым крещением, Даша! Меня зовут Георгий. Ник – это так… кличка…
– Повторное крещение не считается, – улыбнулась я. – Очень приятно, Георгий, а я уже привыкла тебя Ником звать.
– Ну и зови… Второе крещение? Так вот почему ты попала под опеку моей бабушки?
– Валентины Петровны? Да? – Ник расцвел и довольно кивнул. – Здорово, я просто обожаю твою бабушку! Она чудо!
– Я тоже обожаю, но ее никогда нет дома.
– Зато она там, где больше всего нужна!
– Точно!
На такой мирной ноте он завел машину, и мы поехали домой. А у меня к нему было столько вопросов! Теперь, когда вчерашний шок сменился сегодняшним, мне жутко хотелось узнать все о жизни «мифических» существ.
Неужели все позади?
Все вышло, как у Льюиса Кэрролла в Алисе: «Нужно бежать со всех ног только для того, чтобы остаться на месте».
Бросив сумку в прихожей и пропустив гостя вперед, прошла за ним, решив поставить чайник. Окинула взглядом свою маленькую уютную кухню, так еще и не веря, что все позади и я снова дома.
Пустые шкафы, выключенный холодильник, почти нет пыли. Явно побывала мама. Подумав о госте, с трудом представила его готовящим себе какую-либо еду.
По дороге мы договорились, что, раз он здесь в любом случае останется, я уйду жить к родителям, мне их очень не хватало, а Ника пока поселю у себя. А там видно будет.
Вот совсем не хотелось ходить по квартире и вспоминать, что и как там было до того, как я узнала, кто со мной жил!
– Ник, я буду привозить тебе продукты.
– Ничего мне не надо, я все куплю себе! – упрямо твердил гость.
Что ж, «Ник с возу – мне легче»! С улыбкой вспомнила, перефразировав, поговорку бабушки.
Достала из отключенного морозильника пакет с молотым кофе и заварила, подставив гостю под нос дымящуюся чашку. Он будто этого и не заметил. Мы за дорогу довольно хорошо сошлись, и я рискнула тихо спросить:
– О чем-то думаешь?
Ник ответил не сразу. Он сидел рядом, наблюдая из окна за хорошо освещенной улицей и практически не шевелясь. Его кофе постепенно остывал. Ник полностью сосредоточился на чем-то своем.
Дав ему время подумать, я налила и себе чашку и села с другой стороны.
– Даш, ты поняла, что это за нами бандитов послали?
– Поняла. – Пить такой горячий кофе было невозможно.
– Я тоже, сразу. Случайностей не бывает…
– Ты что, винишь себя?! – возмутилась я, все же глотнув немного и обжегшись.
– Я никогда не понимал, почему не хищный оборот так низко ценят. Белок, зайцев и прочий «хлам» если и брали в стаю под защиту, то как рабов и слуг. А теперь понял – мы от людей не сильно отличаемся. Трудная ситуация – можем только убегать.
– Да?! – Я сегодня так переволновалась, что счастливое настроение, что нахлынуло на меня, когда мы сели в машину и ночью добрались до дома, все еще мягким пухом оберегало меня от пережитого. А Ник мучился из-за чего-то, что до меня еще не дошло. – А что, есть большая разница: хищный – не хищный?
– Да. Только Федор Георгиевич принял к себе всех на равных правах и приструнил особо высокомерных хищников. Бабушка рассказывала, что наш клан – первое место, где она себя почувствовала настоящим человеком!
– Ужасно! И ты тоже попал рабом?
– Нет, я родился уже в клане. Мне повезло. Конечно, хищные цепляли, но ровно до того, как узнавал вожак… Он быстро успокаивал чистокровных. Но если с ним что случится, все, что создавалось в клане почти полвека, – рухнет. И мы вновь станем рабами.
Я возмутилась, громко поставив кружку на стол:
– А жить отдельно от всех этих глупых законов нельзя? Что за дикость? Хищные – не хищные!
– Нет, запах не скроешь! Если ты не под защитой клана – первый встречный хищник берет тебя себе в рабы. Закон сильнейшего.
Такое мракобесие! Дикость! Резко придвинула кофе к себе, разлив в блюдце половину.
– Нет! Но кто эти законы придумал?! – кипела я от несправедливости, категорично сложив руки на груди. Пить кофе в таком состоянии я не могла.
Ник пожал плечами:
