А потом стены начали сжиматься вокруг нас. В первую секунду я решила, что мне мерещится от страха, но уже во вторую стало ясно: коридор правда становится уже. И очень быстро. Мы бросились к двери впереди, но парни из Клана с довольными криками захлопнули ее у нас перед носом. Видимо, решили, что коридор расплющит нас и без их помощи.
В коридор выходило еще несколько дверей, и все они выглядели так, будто их не отпирали лет по десять. Они тошнотворно надвигались на нас, как в каком-нибудь страшном квесте, но, к счастью, не только у Гудвина с дверьми особые отношения. Я нажала на ближайшую ручку, она щелкнула и открылась. В помещении было темно и пыльно, я ввалилась внутрь, утягивая за собой остальных, и захлопнула дверь. Каждая секунда, которая осталась мне в этом волшебном мире, прежде чем Гудвин от меня избавится, была такой драгоценной, что тратить хоть одну на страх казалось преступлением.
– Быстрее, ищите любую дверь! – зашептала я, щупая стены и натыкаясь то на край полки, то на неустойчивую башню из коробок, то на огнетушитель.
Вот бы выключатель попался, чтобы свет включить, – но увы.
– Тут нет дверей, – сказал Павел Сергеевич своим печальным низким голосом. Таким только некрологи зачитывать! – Я знаю здание, это просто архив.
Ну, все не может так глупо закончиться. В глубине души я верила: этот мир признает меня не только из-за кровного родства с Гудвином. Город хочет, чтобы я его спасла, и я отказываюсь провалить свою миссию в пыльном архиве, полном шкафов с больно бьющими углами.
Дверь в архив распахнулась. Парни из Клана, похоже, не сразу решились зайти в стремительно сужающийся коридор, но страх перед Гудвином их все-таки заставил. Интересно, что тот приказал им сделать с нами, когда поймают? Не будем проверять. Шкаф, еще шкаф, спина Антона, шкаф, а потом… Потом я нащупала что-то похожее на дверь. Потянула ее на себя – и архив залило светом. Я обернулась, увидела клановцев, которые протискивались сюда из коридора, ставшего едва ли не плоским – как их самих не расплющило! – и выпихнула своих спутников вперед, не особо всматриваясь, куда мы попали.
Мы стояли в невероятно красивом коридоре, выложенном светлой плиткой. Наверх, в галерею со стеклянным потолком, вели несколько кованых винтовых лесенок, таких узких, будто они предназначены для гномов или очень хрупких дам. Я узнала это место – в феврале Антон сдавал артефакт в один из местных кабинетов, а я увязалась за ним.
– Не знал, что сюда можно так попасть! Класс, бежим, – выдохнул Вадик.
Я краем глаза глянула на Антона. Он был в режиме «деловитый гончий пес» – это сосредоточенное выражение появлялось на его лице, когда он собирал артефакты или готовился навалять Клану.
К сожалению, когда сотня человек сторожит здание и рыщет в поисках четверых, пустой коридор недолго остается пустым. Мы успели пробежать несколько метров, когда из-за угла нам навстречу расслабленно свернули четверо парней. Глаза у них удивленно расширились – в этом коридоре они нас встретить не ожидали.
– Лестница, – выдохнул Антон.
Мы метнулись к ближайшей витой лесенке, но один из парней уже выхватил артефакт и разбил его – видимо, ими вооружили все патрули. Он бросил в нашу сторону сияющую пыльцу – и Антон среагировал со скоростью, достойной гончего пса. Он заслонил нас, вытащил из кармана какой-то артефакт и выставил его перед собой.
Зеркальце. То самое, которое подарила нам дверь в разрушенном переулке, которую я создала, чтобы уйти. Антон не успел даже его разбить, просто сделал то, что обычно делала я: понадеялся, что сработает. И сработало: все четверо парней рухнули на спину, удивленно моргая.
– Ух ты! – Вадик хохотнул, забыв, что надо бы вести себя потише. – Я знаю их артефакт, он мне попадался – от него тело немеет. Зеркало отразило его действие и оно попало на них самих? Вот бакланы! Крутая штука.
За время его речи Антон успел взлететь по лесенке вверх, прыгая через несколько ступеней. Я неслась за ним. Прекрасная галерея со стеклянным потолком сейчас показалась мне совсем не прекрасной: по ней к нам с двух сторон бежали клановцы, услышавшие шум.
– Ребят, вы – на перрон, я отвлеку, – пробормотал запыхавшийся Вадик и вдруг фальшиво заорал: – Все за мной! Надеюсь, зал с картой не охраняют, нам надо туда прорваться!
И он бросился прочь от нас.
– Вадик! – крикнул Антон и, размахнувшись, кинул ему сияющее голубое зеркальце.
Тот ловко поймал и помчался дальше. Половина наших преследователей уверовали в его маневр и помчались за ним, а мы вслед за Павлом Сергеевичем рванули к широким дверям – там я никогда не бывала. На Антона бросился какой-то здоровяк, едва не сбив его с ног, я замерла, как испуганный суслик, но Антон без всяких артефактов врезал ему кулаком в нос и распахнул двери.
