Но нет же: им взбрело в голову, что в проекте должны быть искренность, одержимость и драйв – иначе говоря, им захотелось создать настоящую группу во всех смыслах этого слова. Поэтому они пригласили молодых ребят и даже не подумали, что те захотят играть по своим правилам. А идея создать электронный поп-коллектив окажется им совершенно не близка.
Пока в новом коллективе Карлу нравился только Пол. Гарри показался ему слишком дёрганным, а Эдди и Стюарт раздражали своим вечным шушуканьем. Лесли же выглядел так, будто к нему на кривой козе не подъедешь – но Карл помнил, как тот был любезен во время их первой встречи, и потому решил держаться к коллеге поближе.
Вот и сейчас он устроился в кресле рядом с ним. Лесли читал какой-то журнал, а Эдди со Стюартом, по своему обыкновению, шептались, забившись в угол дивана. Карл удивлённо за всеми ними наблюдал: в рок-группе, уход из которой он переживал как тяжёлый развод, были совсем другие отношения.
Да и в принципе рок-группы – гомогенные структуры, особенно в сравнении с искусственно созданными электронными коллективами. Сейчас в гостиной сидели очень разные люди, и Карл с трудом представлял, как они вообще будут работать и общаться. Эдди и Стюарт – «белые воротнички» с общим прошлым, Лесли – профессионал и, судя по всему, представитель среднего класса… Карл же – бывший панк и класс, как он сам себя называл, «подрабатывающий». Из его предыдущей группы братство было создать гораздо проще, потому что все её участники выросли в одном из северных районов столицы.
Но то, что Decline трудно сделать братством – не значит, что это невозможно?
Карл выбрался из кресла, сделал круг по гостиной, переступая через разбросанные инструменты, и, наконец, остановился напротив коллег. Разбежавшись, он с лихим «Йиихаа!» запрыгнул на диван аккурат между Стюартом и Лесли. Поворачиваясь к ним лицом, Карл не без удовольствия отметил, что парочка южан перестала болтать и изумлённо на него уставилась.
– Вы случайно не знаете, зачем нас тут всех собрали в такую рань? – спросил Карл, оглядывая коллег. – Не только же ради названия?
– Кажется, Пол и Гарри собирались сделать какое-то важное объявление, – ответил Лесли, не отрываясь от журнала.
– Ну, это они так сказали, – усмехнулся Карл, и его серёжка тускло блеснула в утреннем полумраке. – Моё мнение: объявление – недостаточно важный повод для сбора. Поэтому я думаю, что нас ждёт какое-то интересное событие.
– Может, – предположил Эдди. – Они пригласили нас, чтобы отметить формирование группы?
– Бредишь? – Стю убрал со лба тяжёлые кудри. – Кто устраивает отмечания в такую рань?
– А почему нет? – изо всех сил поддерживал разговор Карл. – Мы так делали, когда у нашего солиста, Чарли, родился сын. Отмечали весь день – и нас даже не остановил тот факт, что вечером мы должны были выступали в клубе.
– И как вы выступили? – спросил Лесли, наконец оторвавшись от журнала.
– От-вра-ти-тель-но, – с упоением произнёс ударник. – После того, как Грэм наблевал Чарли на ботинки, нас и вовсе выгнали со сцены.
Эдди раздражённо поджал тонкие губы, а Стюарт посмотрел на него с каким-то любопытством. Карл предположил, что эти славные ребятки никогда не напивались до беспамятства – и потому история произвела на них сильное впечатление. Он устроился поудобнее и скрестил руки на затылке:
– После того, как нас выгнали, парни продолжили отмечать. Я же решил, что с меня хватит, и уснул где-то по пути. А проснулся у людей, которых в глаза не видывал! Но это были хорошие ребята, вроде какие-то студенты: они напоили меня кофе и даже одолжили мелочь на проезд.
– И нестрашно было? – робко спросил Стюарт. – Ночевать у незнакомых людей? Тебя же могли… Ну, ограбить.
– Да ты смеёшься, Стю? – теперь Карл уставился на него, не веря, что коллега говорит это всерьёз. – Я же был бухой в дерьмо! Уснул, где мягко постелили, а об остальном даже не думал. Да и к тому же… Что было у меня брать? За то выступление нам так и не заплатили.
– Да как они посмели, – усмехнулся Лесли. Журнал, посвящённый массовым моделям синтезаторов, всё ещё лежал на клавиатуре – но уже закрытый. – Удивляюсь, как вы вообще смогли взять инструменты в руки.
– Ты что, никогда не выступал бухим?
– Похоже, в этой комнате подобный концертный опыт есть только у тебя, – надменно прокомментировал Эдди.
– Ну конечно, – захихикал Стюарт. Смех у него был высокий и звонкий – и очень громкий, что жутковато контрастировало с его тихим голосом. – Вы его слушайте больше: перед первым выступлением Эдди выпил бутылку пива, потому что не мог заставить себя выйти на сцену.
Лесли снисходительно улыбнулся, а Карл – захохотал во всё горло. Эдди беспомощно оглядел коллег и постарался оправдаться:
– Это было только один раз. Я на самом деле жутко волновался.
– Так и было, – закивал Стюарт. – Он всё время повторял: «Я не могу, я не могу», – тут Стю посерьёзнел, и от былой живости не осталось и следа. – Смех смехом, но тогда нам было страшновато. Он так побледнел, что мы подумали: может, у него сердечный приступ?
