Он протянул бокалы Полу и Ферн, а Диана вручила фужер Гарри. Заскучавшие без музыки гости вновь поставили единственную пластинку The Buggles— и теперь Тревор Хорн печально спрашивал у всех, кто прохаживался по комнате в поиске закусок и собеседников: «Elstree, remember me? I had a part in a B-movie». Пол невольно заслушался идеально отполированными клавишными партиями и едва не упустил начало тоста, который вдруг решил произнести Гарри.
– Предлагаю выпить, друзья мои, за технический прогресс! – сказал он, поднимая бокал высоко над головой. – Ведь благодаря коммерческим синтезаторами молодые ребята вроде Стю или Эдди смогли заняться музыкой… И именно синтезатор – не гитара, – дали им ощущение, что способны они буквально на всё.
– Нет, – отрезал Кристиан и даже не взглянул на обомлевшего от гнева Гарри. – Мы выпьем за то, чтобы на этот раз твоё предсказание сбылось правильно.
– Отличная идея, – поддержала Ферн звукоинженера. – Давайте выпьем за Decline. Пусть это слово означает не только «спад» или «закат» – но и прекрасную электронную группу!
– За Decline! – подняли свои бокалы Пол, Диана и – после недолгих размышлений, – Гарри.
За кристаллическими синтезаторами The Bugglesи гулом разговоров Decline не услышали, какие на них возлагаются надежды. Карл и Стюарт торопливо оделись и зашагали к выходу: Карлу хотелось курить, а Стю спешил на встречу с Эвелин. По пути к двери ударник прижал два пальца к губам и вопросительно взглянул на коллег. Кристиан покачал головой, а Гарри смущённо пробормотал: «Бросаю».
Эдди же остался на диване, и Лесли сел рядом с ним на освободившееся место. За окном валил празднично-белый снег, и Эдди указывал на него рукой, что-то отрывисто объясняя. Лесли слушал и изредка комментировал, улыбаясь той самой улыбкой, что всегда превращала его в другого человека – менее хладнокровного, чем он стремился предстать перед коллегами. Пол наблюдал за ними, невольно радуясь происходящему – ведь наконец и внутри группы образовались прочные связи. Он улыбнулся, поднёс бокал к губам и едва не поперхнулся шампанским, когда Ферн осторожно коснулась его плеча.
– Совсем скоро мир захочет сойти с ума от молодёжной электронной группы. По крайней мере, происходящее в индустрии об этом говорит, – сказала девушка, опалив шёпотом ушную раковину. – Поэтому вы не ошиблись, братец, когда решили собрать Decline.
– Приятно знать, что хоть в чём-то я не ошибся, – ответил Пол, вдыхая пионовый аромат её духов.
– А даже если – ну и что с того? Пока ты жив, братец, всё можно отыграть назад.
Синие ноготки блеснули ярко-голубым, когда Ферн постучала пальцами по его плечу. Полу вдруг до темноты в глазах захотелось, чтобы эти пальцы скользнули по воротнику сорочки и зарылись в его волосы – как несколько мгновений назад, когда Ферн потрепала Гарри по голове. Он прижал тёплое стекло бокала к губам и мысленно повторил мантру о том, что всему есть предел – ведь такова математика чувств. Это помогало пережить развод и ту трагедию, что к нему привела – но, когда вместо этих переменных Пол подставил другие, уравнение оказалось нерешаемым. Он не хотел, чтобы у этого чувства находился предел – особенно сейчас, когда на плече лежала рука с синими ноготками, а аромат пионов вызывал приятное головокружение, примиряя с пёстрой суматохой вокруг.
– Не соглашусь с тобой, Ферн, – услышал он себя словно со стороны. – Нам, продюсерам, ошибки обходятся довольно дорого.
– Могу себе представить. Я сама вложилась в один проект, думая, что тут что-то есть – и проморгала другой, который теперь не идёт у меня из головы.
– Такой интересный проект?
– Просто потрясающий, – с усмешкой ответила Ферн. – Представь, что я вложилась в The Birthday Party, пока рядом бродили будущие Kraftwerk.
– Ферн, ты словно… – с лёгкой хрипотцой в голосе начал Пол и вздрогнул, когда деликатный вокал Тревора Хорна переорал Гарри Филиппс.
– Да вы ополоумели, дети мои! – изумлённо воскликнул он, заставив Пола и Ферн обернуться.
Гарри всё это время стоял у синтезатора и болтал с Дианой, которая завернулась в объятья Кристиана как в плед. Впрочем, по степени участия в разговоре Кристиан действительно мог сойти за плед – потому что он молчал, иногда хмыкая в ответ на некоторые утверждения продюсера. Пол и Ферн перевели взгляд со звукоинженера на Гарри – и, наконец, увидели источник возмущений. Эдди и Лесли вцепились в разные концы инструмента и, вопреки возгласам начальника, пытались отволочь его на кухню.
– Дружище, эй! – Гарри призывно замахал руками, привлекая внимание Пола. – Кажется, даже мы с тобой не настолько безумные!
– Что происходит? – спросил Пол, непонимающе глядя на коллег. – Только не говорите, что вы решили поработать на рождественской вечеринке.
– У нас была теория, что Decline не хватает проникновенной песни, от которой можно было бы разрыдаться – как, например, от песен The Robertsons, – сказал Лесли, медленно, но целеустремлённо двигая синтезатор в сторону кухни.
