Дело в том, что Глеб Бокий обладал большим влиянием в НКВД, являлся членом высшего органа комиссариата – коллегии НКВД, а самое главное – был доверенным лицом самого Ленина. Необычные направления исследований СПЕКО он объяснял довольно ловко: исследования телепатии необходимы для надежной и безопасной передачи важной государственной информации, а гипноз и внушение можно применять для перевербовки иностранных агентов, а также для внушения идей марксизма-ленинизма колеблющимся гражданам и даже тем, кто подвержен влиянию враждебной буржуазной идеологии.
Помимо гипноза и телепатии Спецотдел занимался также изучением редких и малоизвестных ядов – как для предупреждения попыток отравлений советских руководителей, так и для борьбы с врагами молодого государства.
Правда, все это закончилось в достопамятном 1937 году – и влияние Бокия, и сомнительные эксперименты возглавляемого им отдела. Новый руководитель НКВД Ежов арестовал самого Бокия и его ближайших сотрудников. Бокий буквально через несколько дней был расстрелян, а следы его сотрудников пропали в лагерях и тюрьмах.
Говорят, что одной из причин быстрой расправы с руководителем СПЕКО было его поистине демоническое высокомерие. Во время первого же допроса он сказал следователю: «Что мне Сталин, меня на мой пост сам Ленин поставил!»
Правда, кое-кого из сотрудников СПЕКО через несколько лет видели на свободе, причем даже в Москве.
Очевидно, новое руководство НКВД посчитало работу Спецотдела важной для страны, и ее продолжил кто-то из уцелевших сотрудников Глеба Бокия, причем в обстановке такой сугубой секретности, что никакие упоминания о СПЕКО больше не всплыли ни в печати, ни в открытых документах.
«И при чем здесь покойная Куркина? – изумилась Надежда. – Была она, конечно, женщина пожилая, но не столетняя старуха. Как она могла быть сотрудником СПЕКО? Ой, что-то этот Евгений поднаврал мне…»
– Надя, мы спать будем ложиться? – послышался недовольный голос мужа. – Уже двенадцатый час, а ты все сидишь…
– Иду уже! – крикнула Надежда. – Погоду посмотрю только!
Снова название Спецотдела зазвучало с началом Второй мировой войны.
Дело в том, что в Германии с середины тридцатых годов существовало так называемое общество «Аненербе», или Общество по изучению наследия предков. Во главе этого общества стоял ученый-националист Герман Вирт, и это общество занималось изучением древней истории арийских народов, их фольклором и ритуалами. В общество входили историки, археологи и философы националистического направления. Основной их целью было доказать, что с самого возникновения арийские народы были выше, духовнее, развитее всех остальных.
Герман Вирт даже ввел по отношению к неарийским народам понятие «античеловек» и доказывал в своих трудах, что античеловек гораздо хуже и опаснее дикого зверя.
Разумеется, такое общество не могла обойти благосклонным вниманием нацистская верхушка, и вскоре рейхсфюрер СС Герман Гиммлер стал почетным председателем «Аненербе».
Чуть позже почетный председатель полностью прибрал общество к рукам, прежнего научного руководителя Вирта отправил в отставку, так как посчитал ненаучной и компрометирующей общество его теорию происхождения арийцев от жителей древней Атлантиды.
С этого момента «Аненербе» из общественной организации превратилось в подразделение СС. Тут же у него появились многочисленный штат и прекрасное финансирование.
Кроме прежних задач изучения арийского наследия сотрудники «Аненербе» изучали всевозможные древние и более поздние языческие культы, большое внимание уделяли средневековым процессам над ведьмами. Кроме того, общество финансировало экспедиции в удаленные районы Азии и Африки для сбора материалов о магических ритуалах обитающих там первобытных народов, а также применяемых этими народами ядов растительного и животного происхождения.
Потом эти яды изучали в лабораториях «Аненербе», чтобы выяснить возможность их применения на благо рейха.
В общем, как и СПЕКО, «Аненербе» в первую очередь изучало магические и оккультные ритуалы, которые можно было бы применить в военных и разведывательных целях.
Такое сходство интересов не могло пройти мимо внимания Гиммлера. Он пытался через своих агентов получить доступ к материалам СПЕКО, а с началом оккупации приложил все силы к тому, чтобы найти оставшихся в живых сотрудников Глеба Бокия.
Удалось ли нацистам найти кого-то из сотрудников Спецотдела и сумели ли они заставить кого-то из них служить своим интересам – история умалчивала.
Но Надежда Николаевна, прочитав все эти увлекательные статьи, глубоко задумалась.
И незаметный Евгений, который следил за ней в последнее время, и его лысый коллега, он же соперник, очень интересовались покойной Елизаветой Павловной Куркиной. В их разговоре мелькнуло слово СПЕКО, то есть название Спецотдела НКВД, занимавшегося исследованием всевозможных таинственных и мистических явлений.
Из этого можно сделать вполне очевидный вывод: покойная Куркина была как-то связана с этим самым Спецотделом…
Как? Была ли она чудом уцелевшей последней сотрудницей Глеба Бокия?
