Здесь я уже почувствовал себя как дома, чего еще не случалось в любом другом месте, где я останавливался, будь то прошлые объекты или любая из гостиниц.
Мой провожатый снова пристально на меня посмотрел. Он указал подбородком на кустарник.
– Твоя особая сила… ты можешь исцелять раны? Но тебе нужно растение?
Я снова провел пальцами по листьям.
– Если травма серьезная, мне нужно откуда-то черпать энергию. Растения – это… проще всего.
Они в наименьшей степени заставляли меня испытывать вину за украденную жизнь. Но я не хотел, чтобы этот парень начал раздумывать о том, из чего еще я мог бы высосать энергию.
Пробурчав что-то себе под нос, он поудобнее устроился на сиденье.
Я решил, что он, вероятно, тоже немного нервничал, застряв в этом фургоне со странным незнакомцем.
Однако его одолевало любопытство. Может быть, мне стоило попытаться использовать эту возможность по максимуму.
Сделать что-то большее, чем сидеть здесь как истукан, надеясь, что больше ничего делать не придется.
Когда мы только ехали сюда от аэродрома, я попытался расспросить его о том, где мы находимся, но он быстро сменил тему. Клэнси, должно быть, сказал ему не сообщать ничего, что помогло бы нам сориентироваться.
– Так безопаснее для всех нас, – объяснял он нам, тенекровным.
Но было бы полезно даже просто узнать о том, как Клэнси взаимодействовал с людьми, не находящимися под его руководством.
– Человек, который направил нас на миссию, – осмелился предположить я. – Он рассказывал о наших способностях?
Мой провожатый пожал плечами.
– Немного. Достаточно, чтобы убедиться в том, что вы выполните задание.
– Тебя это не беспокоит? Или ты уже знал, что существуют такие люди, как я и мои друзья?
– В мире творится много странного. Но если люди могут принести пользу, лучше работать с ними, а не отмахиваться или убегать.
Он слегка усмехнулся, но на мгновение его взгляд снова остановился на моей спине. В нем сквозила та же настороженность, которую я уже замечал.
Мужчина был рад воспользоваться нашими услугами, но это не означало, что он нам доверял.
Немного нахмурившись и поджав губы, мужчина чуть повернулся на сиденье, чтобы посмотреть мне в лицо.
– Твои друзья… они ведь не будут трогать то, что найдут в доме? Они только убьют людей.
– Нам поручили именно это.
Я не знал, мог ли Клэнси в последнюю минуту дать Риве и Джейкобу другие инструкции.
– Внутри есть что-то важное?
Он пренебрежительно махнул рукой.
– Не беспокойся об этом. Это для нас. Такова суть сделки.
От его слов у меня по спине пробежали мурашки. Для кого – «нас»? Что за «сделка»?
Я думал, он помогал нашей миссии, потому что хотел, чтобы с детским рабством было покончено. На благо своей общины. Какое это могло иметь отношение к тому, что преступники хранили в доме?
Я пытался убедить себя, что провожатый имел в виду записи о детях и о том, где они были проданы, или еще что-то в этом роде, но никак не мог отделаться от ощущения, что речь шла о другом. Почему он избегал разговора, если скрывать было нечего?
– Наш босс очень серьезно относится к своим сделкам, – осторожно сказал я, наблюдая за выражением лица мужчины.
Он усмехнулся.
– И правильно, учитывая, что он с них получает.
У меня по коже побежали мурашки.
Я старался говорить ровным тоном, но не был уверен, что мне это полностью удалось.
– Что именно он получит с этой сделки?
На этот раз взгляд мужчины метнулся к моему лицу, а не к спине, и в нем промелькнула паника. Как будто он понял, что сказал то, чего не следовало говорить. Затем он повернулся лицом к ветровому стеклу.
– Это только между ним и нами. Тебя это не касается, понял?
Теперь я начал чертовски беспокоиться.
– Хочешь сказать, что вы заплатили ему за то, чтобы он разделался с этими парнями?
Это не обязательно плохо, верно? Может быть, группа рассерженных граждан собрала деньги, чтобы нанять кого-то для решения проблемы, с которой они не смогли справиться сами.
Но его поведение меня тревожило. И Клэнси ни разу ничего не упомянул о получении компенсации или о том, что к нему обращались местные жители.
Он говорил так, будто сам узнал об этих работорговцах и решил, что с ними нужно разобраться.
– Он сам к вам обратился? Или вы обратились к нему первыми? – спросил я.
Мужчина покачал головой.
– Мы закончили этот разговор.
– Я просто хочу понять, что происходит. Я тоже в этом участвую.
– Ты работаешь на своего босса. Я работаю на своего. Мы все получаем то, что хотим. Это все, что тебе нужно знать.
Нет, это не так. Не тогда, когда все, что он добавлял к пазлу, делало общую картину более зловещей. Он сказал что-то о своем боссе… помогать с этой миссией – его работа?
Хотел бы я, чтобы здесь был Андреас: он мог заглянуть прямо в голову этого парня и выяснить, что происходит. Но его тут не было.
Только я.
– Пожалуйста, – сказал я. – Я проделал такой путь. Это и моя миссия тоже – почему я не могу обо всем узнать?
Мой провожатый держал рот на замке. Похоже, он решил вообще перестать говорить.
Прежний я, возможно, уже сдался бы. Но «этот» я уже сталкивался лицом к лицу и с монстрами, и с головорезами.
