Здания, рушащиеся на гаванскую улицу под натиском силы Джейкоба.
Хрупкое тело фавна Билли, превратившееся в бесформенную груду.
Пострадали те, кто не должен был.
– Мы всего лишь пытались себя защитить, – запротестовала я. – Если бы они просто оставили нас в покое…
Почему-то голос Гриффина по-прежнему звучал спокойно:
– Возможно. Но дело не только в хранителях – за вами охотились и другие. И тогда вы набрасывались на них. Это повторялось бы снова и снова. То, что предлагает Клэнси, куда лучше.
Я снова посмотрела на мужчину, который выглядел как солдат, и он одарил меня еще одной натянутой улыбкой.
Мои пальцы сжались в кулаки.
– Чего именно ты хочешь?
Очевидно, что в конце концов он собирался мне все рассказать, и лучше было покончить с этим как можно скорее, чтобы я могла понять, что нам делать дальше.
Понять, какими способами я могу связаться с другими парнями. Нужно было выяснить, как сбежать из нашей новой тюрьмы.
И если Гриффин считал, что к этому человеку стоит прислушаться, возможно ли, что он был прав?
Но я не знала, насколько могу доверять этой измененной версии моей прошлой любви.
Клэнси сделал шаг ближе и оказался всего в нескольких дюймах от моих скованных ног.
– Рива, я хочу представиться должным образом. Меня зовут Джеймс Клэнси, и я, как и мои родители, являюсь членом Опекунства с момента его основания. Несколько месяцев назад у меня появился шанс взять бразды правления в свои руки и представить лучшее видение будущего для наших тенекровных.
Я с трудом сдержалась, чтобы не состроить гримасу.
– Какое видение?
Его осанка стала еще прямее.
– Гоняться за монстрами, которые лишь изредка доставляют людям неприятности, бессмысленно, когда есть множество более серьезных проблем, с которыми мирные жители сталкиваются
Джеймс Клэнси произнес эти слова с такой уверенностью, словно вручал мне награду или что-то в этом роде. Как будто я должна быть чертовски польщена тем, что именно я оказалась зажата в кресле стоматолога и едва не задушена.
Я бросила на него свирепый взгляд.
– О чем ты вообще говоришь? Я думала, в этом и заключалась идея: мы должны были защищать мир, сражаясь с «монстрами».
Не то чтобы «теневые» – как я недавно узнала, именно так «монстры» предпочитали себя называть – вели себя более жестоко, чем хранители. По крайней мере, те, кого я встречала. Однако в данный момент я не видела никакой необходимости подчеркивать этот факт.
Клэнси покачал головой. Его глаза светились энтузиазмом.
– Три семьи-основательницы считали, что вашей целью должна быть охота на монстров. Но за эти годы я многое повидал. И теперь знаю, что вы могли бы достичь гораздо большего. Вы заслуживаете возможности стать кем-то великим, а не быть просто монстрами.
Гриффин согласно кивнул, и, несмотря на всю настороженность, я не могла сдержать трепет надежды, зародившейся в груди.
Я не хотела соглашаться с тем, что говорил мой новый похититель, но стать чем-то большим, чем то, во что превратили нас хранители и чего они от нас ожидали, – мечта, к которой я стремилась с того момента, как покинула арену для боев.
С другой стороны, этот придурок все еще держал меня прикованной к креслу.
Клэнси начал расхаживать по комнате, но в его движениях не было беспокойства. Я не ощущала в воздухе ни малейшего намека на нервные феромоны.
Он ходил передо мной взад-вперед, словно набирая скорость, и в какой-то момент достал телефон.
– У вас был доступ к некоторым средствам массовой информации, так что ты, должно быть, имеешь представление о куда более серьезных проблемах, с которыми сталкивается общество. По всему миру происходят ужасные вещи. Детей забирают в рабство, террористы убивают тысячи людей, картели распространяют насилие и запрещенные вещества, а экстремисты чиня́т геноцид.
Он остановился и протянул свой телефон, чтобы я могла видеть экран. Его большой палец скользил по картинкам, от которых у меня внутри все сжималось почти так же сильно, как от моих пропитанных кровью воспоминаний.
Маленькие дети с широко раскрытыми глазами и оружием в руках. Разбомбленные здания. Поля, усеянные изувеченными телами.
Гораздо больше разрушений, чем я когда-либо причиняла… пока что.
Я перевела взгляд с экрана на Клэнси.
– И ты думаешь, мы можем что-то с этим сделать?
На его лице снова появилась легкая улыбка.
– Я
