Мне передавили горло, так что я не смогла бы ответить, даже если бы захотела.
Клэнси стоял, расправив плечи и напустив на себя властный вид.
– Я надеюсь, что вы усвоили урок и мы сможем двигаться дальше по плану. Но я не могу допустить новых отклонений. У меня есть задание, на которое направятся некоторые из Первых, и вы должны желать его выполнения так же сильно, как и я. Можете согласиться и полностью сотрудничать – или я назначу вам тестирования до тех пор, пока мы не найдем эффективный способ использовать ваши способности и обеспечить сговорчивость.
Да уж, совсем не зловеще. Я едва сдержала дрожь.
Джейкобу удалось поднять голову, и в его глазах появился намек на настороженность. Но его язык все еще слегка заплетался из-за наркотиков:
– Какое задание?
Клэнси вывел на экран изображение – видеозапись пыльной деревни с ветхими хижинами и несколькими автомобилями, которые выглядели устаревшими, по меньшей мере, на три десятилетия. Единственная деталь, которая выдавала современность, – это стоящий в стороне высокотехнологичный армейский танк.
Цвета были в основном коричневыми и серыми, за исключением темно-красных пятен на земле… и лежащих на ней телах. Камера зафиксировала несколько десятков трупов, и судя по сочащейся из ран крови, они только что умерли.
Мужчины. Женщины. Дети. Все они были одеты в простые футболки или рубашки, потрепанные джинсы или парусиновые брюки.
Как бы я ни противилась всему, что Клэнси хотел нам показать, у меня в груди все сжалось от ужаса.
Клэнси указал на видео.
– Официальное правительство страны, где произошла эта бойня, уже несколько лет имеет дело с большой группой враждебно настроенных повстанцев. Нынешняя цель группировки – захватывать в заложники целые деревни, убивая мирных жителей одного за другим до тех пор, пока правительство не выполнит их требования. Когда военные пытались вмешаться, повстанцы использовали жителей деревни в качестве щита и по большей части оставались невредимыми… при этом не оставляя после себя никого в живых.
Он окинул нас холодным взглядом.
– Члены правительства узнали о моих услугах и вышли на связь. Исходя из прошлых моделей поведения, они ожидают, что террористы нанесут новый удар в течение недели. Чтобы обеспечить безопасность жителей деревни и дать отпор повстанцам, чтобы отбить или предотвратить будущие нападения, им требуется команда, обладающая навыками, выходящими за рамки их собственных.
И вот тут-то он и хотел, чтобы вмешались мы.
Хуже всего было то, что при виде разрушенной деревни у меня сжалось сердце. Я бы хотела защитить этих людей.
Но как мы могли доверять словам Клэнси? Кто знал, какие еще тайные мотивы он скрывал?
Правительство страны наверняка предложило ему огромный гонорар.
Но имело ли это какое-то значение? Неужели назло ему я предпочла бы, чтобы меня снова тыкали иголками и тестировали, зная, что из-за этого погибли невинные люди?
С этой дилеммой Клэнси и хотел нас столкнуть.
Скрестив руки на груди, он окинул нас проницательным взглядом.
– Вам нужно взяться за это задание, не зная, кого именно из Первых туда отправят. И понимая, что, если вы согласитесь и будете саботировать миссию, пострадают ваши друзья. Есть границы, за которые я бы предпочел не заходить, но если это необходимо для того, чтобы вы уважали возложенную на вас ответственность, то так тому и быть.
Кожа под моей футболкой стала липкой от пота.
Он ясно давал понять, что если мы не согласимся, то все равно будем страдать.
Прежде мы выпутывались из всех передряг, в которых оказывались… Но теперь мой беспокойный разум не мог уловить ни единого проблеска надежды.
Клэнси кивнул хранителям вокруг нас.
– Я отправляю вас обратно в комнаты, чтобы вы пришли в себя и поразмыслили над этим. Любой вред, который вы причините моим людям, будет нанесен вдвойне, так что будьте осторожны в использовании своих сил. У вас есть двадцать четыре часа, чтобы принять решение. Делайте мудрый выбор.
Щелкнув каблуком, он повернулся к нам спиной.
При виде Ривы, сидящей в дальнем конце кафетерия, мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
Я не пересекался ни с кем из моих собратьев Первых с тех пор, как два дня назад Клэнси провел для нас свою небольшую презентацию. Вчера я согласился присоединиться к его миссии.
Остальные, должно быть, тоже. Я не мог представить, чтобы кто-то из них вместо этого обрек себя на полную изоляцию и пытки.
По крайней мере, так у нас оставалось хоть какое-то пространство для маневра, хоть какая-то возможность решать свою судьбу.
Но я уже начал думать, что Клэнси вообще больше не позволит нам общаться друг с другом. Во всяком случае, не на острове.
Когда я подошел к ней, стараясь не броситься бегом, чтобы не спровоцировать хранителей, Рива подняла глаза от своей тарелки и взглянула на меня. Сияющее выражение ее лица сняло напряжение, копившееся во мне в течение последних двух дней.
Но в то же время у меня свело желудок. Я оглядел комнату, замечая двух хранителей на обычных позициях у двери.
