В голосе его послышались опасные нотки возвращающейся злости. Я поспешно кивнула. Ну, не хочет, пуст — не буду. Почему я должна уговаривать?!
На дороге по-прежнему никто не появлялся. Когда раны зарубцевались, и я сделала небольшую передышку, утомившись работой, Верс на удивление спокойно спросил:
— Что там у тебя еще в запасе? Давай уж все сразу. Говорят, ты задавала вопросы о фрейлине.
— Да. Я узнала, как зовут девушку, которую я видела в башне. Ее имя Лисана Валерин. Она была фрейлиной Ее Величества, но потом, как говорят, уехала в родовое поместье и больше не возвращалась. Но в тот раз… я слышала, как кричал мужчина. И ты был там! Ты не можешь не знать, хоть и отпираешься.
Верс хмыкнул.
— И что же ты думаешь? Может, что в башне прячут пропавшего короля Сельвана?
Я покраснела. Именно к этой мысли я и пришла. Но если мои подозрения верны, Верс просто не смог бы произнести, это ведь все равно признание, с какой бы интонацией оно ни было произнесено.
— Невелики же твои успехи, — почти с сочувствием проговорил Верс. Я увидела его потухший взгляд.
— Ты хорошо скрываешь правду, — сказала я. — Но я все равно выясню…
— А надо ли… лучше занимайся своими делами. Следи за принцем. Это закончится.
— Когда? — спросила я. — Ты можешь мне это обещать?
— Все когда-нибудь заканчивается, — безразлично отозвался Верс. — С какой стати мне что-то обещать?
— Тогда и я не буду, — заявила я и потом, когда молчание затянулось, перевела тему: — Воды хочешь?
Маг покосился на меня с таким видом, будто опять был недоволен. «Жалеешь?» — читалось во взгляде. Да с какой стати мне его жалеть?
Я молча направилась к лошадям. По счастью, они вели себя спокойно. Я достала из седельной сумки флягу и небольшой плотный сверток. Вернувшись к Версу, я отдала флягу ему. Плантаго молча взял подношение. Пить ему определенно хотелось. Двигался Верс уверенно, раны его не беспокоили. Я решила, что удовлетворена своей работой. Верс заметил мой пристальный взгляд и выгнул бровь. Я почему-то смутилась и посмотрела на сверток, оставшийся в моих руках. Поспешно, чтобы не передумать, развернула его. В нескольких слоях ткани лежал перстень с прямоугольной площадкой, на которой был выгравирован дракон. Одно его крыло выступало за край площадки и создавалось впечатление, что дракон вот-вот взлетит. В лапах дракон нес драгоценный камень — заговоренную на удачу шпинель. Помощник королевского ювелира и правда оказался искусным мастером.
— Это тебе, — сказала я.
Верс озадаченно взял перстень, по-моему, даже не осознав, что происходит.
— Это оберег, — пояснила я ровно. — Я заговорила камни, как ты и советовал. Для Тиля тоже есть…
— Глупая девчонка, — уронил маг. — На что он мне?
Я закусила губу. Если он такого невысокого мнения о моих способностях, почему позволил лечить себя? И приволок во дворец, понадеявшись, что я могу помочь Альвету? Ладно, приказ королевы тоже сыграл свою роль, но… Или его досада — не для меня? Если Верс полагает, что никогда не освободится от королевской печати…
— Я не могу заключить в перстень жизненную силу, как это делает Ее Величество, — произнесла я. — Но чуточка удачи тебе не повредит.
«Слишком уж ты рискуешь», — едва не добавила я, но вовремя спохватилась.
— И чем же ты расплатилась? — проницательно поинтересовался Верс. Я покраснела, но, надеюсь, он не успел заметить.
— Его Величество был щедр… Но поскольку больше для него сделал ты, а не я, считай, что это — твоя часть награды.
Перстень стоил дорого. И я пока уплатила лишь половину оговоренной суммы. Но работа того стоила. А мне ведь теперь, помимо награды, жалованье полагается. Да и мастер Ивран согласился подождать. Имени Кайлена Брана, как оказалось, хватило для того, чтобы заслужить доверие.
Верс все смотрел на украшение. Потом сжал его в кулаке.
— Я возьму, — сказал он сухо. Я тихо выдохнула, надеясь, что он не заметит.
— Это ничего не меняет, — задумчиво добавил маг.
«Неправда», — подумала я, но вслух возражать не стала.
Верс сказал мне достаточно, чтобы задуматься. Если король Сельван не заперт в башне, что же там происходит? Как заставить Верса рассказать… ведь Лисана указала на него. Пока не знаю. Но есть и еще кое-что, о чем следует подумать. Он был так разъярен моим предположением о его связи с королевой… А вот упоминание о том, что его мучает Альвет — снова вызвало лишь недоумение и усмешку…
Я что-то упускаю.
Что-то очень важное и очень простое. Такое чувство бывает, когда точно помнишь, что положил потерянную вещь на видное место, чтобы не потерять.
Но сосредоточиться никак не удавалось. Голос Верса звучал так отчаянно… я не понимала этого человека. Мне казалось, он тверд и холоден, что пребывание в Рольвене заставило его смириться и заглушить свою злость. А все его срывы списывала на «пыльцу».
А сегодня я увидела совсем другого Верса. Сломленного, в отчаянии цепляющегося за свою необъяснимую ярость.
«Вам все мало».
Кому — нам?
