Добудится к пяти утра Рона Уизли, при этом, не разбудив соседей по комнате, это настоящий подвиг. Но разве я не Герой? Все просто, сначала «Силенцио», чтобы онемел и не орал, а затем «Агуаменти» - поток холодной воды. Уизли взлетел свечкой, при этом в немом крике раскрывал рот и пялился на меня безумными плошками глаз.
- Т-с-с-с, Рон! - зашипел я практически на серпентарго. - Ты что забыл, нас ждут! А тебя не добудится! Тихо одевайся и пошли!
Гермиона Грейнджер уже ожидала нас в кабинете директора. Кроме нее присутствовала Макгонагалл, Джинни Уизли, Фред и Джордж Уизли. У всех, кроме директора и Грейнджер, вид был всклокоченный и помятый. Даже Макгонагалл, так спешила на встречу, что просто накинула домашний клетчатый халат на пижаму, а из волос не вытащила папильотки. «Все заинтересованные лица в курсе», как же. Как я предполагал, нас экстренно отправляют к Сириусу в дом Блэков на Гриммо, 12. Не дождавшись до зимних каникул всего пару дней. Основная причина - Долорес Амбридж. Она может издать постановление о том, чтобы принудительно оставить нас на каникулах в школе. А миссис Уизли, сейчас, после несчастья случившегося с ее мужем, особо нуждается в поддержке. Да и детям натерпится повидать отца, а лишать их этого очень жестоко. Дети сонно закивали, им было все равно, лишь бы дали дальше поспать.
К сожалению, мисс Грейнджер не сможет отправиться с нами, так как уже пообещала своим родителям провести с ними зимние каникулы. Гермиона скорчила скорбную физиономию и тяжело вздохнула. Макгонагалл тем временем выскользнула из кабинета директора, приняв свою анимагическую форму. Меня же, во время своей пояснительной речи сканировал Дамблдор. Теперь я имею представление о поверхностной легилименции. Словно легкая щекотка перышком под черепной коробкой. Неприятно, но не настолько навязчиво, чтобы непосвященный обратил на это внимание. Я услужливо показывал, что нервничаю, вот Амбридж с покрасневшим от праведного гнева лицом, вот Рон, Джинни близнецы, подавленные известием об отце в окружении друзей и приятелей. Вот Гермиона «вправляет» мне мозги, а я весь такой, просто раздираемый на части стыдом и чувством вины. Опять Амбридж с Кровавым Пером заставляет меня раз за разом писать строчки, что я не должен лгать. Занятие кружка «Армии Дамблдора», вдохновленные и радостные в своей наивности детские лица…
Кажется, Дамблдор остался доволен и перестал шарить у меня в мыслях. Как же я его ненавижу! Вбегает уже в своем человеческом виде запыхавшаяся Макгонагалл, сбиваясь, говорит, что видела Амбридж этажом ниже и, судя по всему, она идет сюда. Это в полшестого-то утра? Ну ладно, допустим, я поверил. Что дальше? Дамблдор важно кивает и велит подойти к нему, пока не появились «провожатые». На столе закопченный чайник, наскоро преобразованный в портал. Каминной Сетью пользоваться нельзя, поясняет директор, за ней якобы следят. На счет три, нас срывает с места и перебрасывает в пространстве. Вихрь красок и шум ветра. Ноги подкашиваются и я оседаю на каменный пол. Как обычно, после всякого рода колдовских перемещений, не потерять равновесие и остаться на ногах, мне очень проблематично.
Нас встречают громогласные вопли портрета матушки Сириуса. У моего крестного тоже луженая глотка и он не остается в долгу - орет в ответ на потрет. Иногда мне кажется, что весь его гнев просто надуманный спектакль для публики, а на самом деле он получает огромное удовольствие от возможности «проораться» и портрет, просто, дает ему прекрасный повод.
Магия дома липкая, холодная и затхлая, как болотная жижа. Она приветливо обволокла меня. Странно, что я не вспомнил сразу, из-за чего я смог чувствовать магическое влияние благороднейшего и древнейшего дома семейства Блэк. Наверно мне все же чересчур часто меняли память, чтобы я смог все вспомнить и осмыслить сразу.
* * *
Первый раз я сюда попал прошлым летом. Точнее меня отконвоировали в штаб Ордена Феникса. Чтобы держать под присмотром до суда, по поводу слушанья моего дела об исключении из школы из-за использования магии несовершеннолетним на каникулах, да еще в присутствии маглов. Маглами, точнее маглом, был мой кузен, которому из-за близкого родства со мной и проживания под одной крышей, просто судьбой было предопределено знать о существовании волшебства. Что касается «несовершеннолетнего», то уж и тут чинуши попали пальцем в небо. Увы, я как последний представитель семьи Поттер, стал совершеннолетним в свои пятнадцать лет. Уж законники должны были знать о таком нюансе, даже, если я не знал или забыл.
