- Гарри, ты ведь выпьешь со мной немного вина? - он приземлился на диванчик рядом и уже трансфигурироавал бокалы из праздничной мишуры, при этом глядя на меня так предано и счастливо, что мне оставалось только кивнуть. - Молодец, Гарри! Я с Джеймсом в твои годы, ой как зажигали на весь Хогвартсе! Все эти добропорядочные пустозвоны, конечно, стали бы на дыбы узнай то, что я, якобы, спаиваю своего крестника. Даже Люпин! Кто бы мог подумать, что он станет таким праведным обывателем? Уж точно не я! Так, держи Гарри! Давай за предстоящие праздники! Ты пей, не стесняйся. Джеймс в твои годы мог выпить сколько угодно, не пьянея!
Энтузиазм крестного меня несколько обескуражил, с чего бы это вдруг, после того как он избегал меня, ему вздумалось пообщаться? С другой стороны, это было как нельзя кстати. О том, что сейчас творится в голове Сириуса, я даже отдаленно не предполагал. Знал бы, убежал без оглядки. Но задним числом мы все умные. Он снова наполнил бокалы крепким и тягучим красным вином.
- Что, Гарри, решил, что со стариком-крестным тебе не интересно?
- С чего ты взял? По-моему, это ты меня игнорируешь с самого моего приезда.
- Я? Да как ты мог такое обо мне подумать? - он попытался обидеться, затем махнул рукой, придвинулся ко мне поближе, снова наполняя бокалы. - Гарри, пойми, мне тоже очень тяжело, я тут под полным контролем. Люпин проверяет всю мою почту, а Молли следит за моим моральным обликом, точнее следила…
- А нафига ты это все терпишь?
- Ты не понимаешь, Сохатик, иногда меня заносит… Но ты не думай, я полностью себя контролирую, вот! А Люпин и Молли желают мне только добра. А как же иначе! Мы же все состоим в Ордене Феникса! Вот только их опека, чересчур навязчивая, что ли… Ты не подумай, что я на них наговариваю, просто иногда они относятся ко мне как к несовершеннолетнему!
- Это я как раз могу понять. Но почему ты их просто не поставишь на место, для меня по-прежнему остается тайной.
- Ох, Гарри, они ведь такие хорошие люди! Ну, немного навязчивые, но в целом мы ведь делаем общее дело. Разве не так? Кстати за общее дело! Пей, Сохатик, за это надо обязательно выпить.
- Общее дело предполагает то, что надо наступать себе на горло и терпеть?
- Гарри, маленький мой, существуют такие вещи, с которыми надо смириться ради того, чтобы принести хоть малую пользу ради общего блага! Иногда следует перешагнуть через себя, если долг того требует. Твои родители это понимали и не задумываясь жертвовали собой. Для общей пользы дела, можно пожертвовать своей жизнью и свободой!.. Тебе тяжело сейчас понять, но когда ты подрастешь, Сохатик, то обязательно поймешь…
- Сириус, идею фанатизма я и сейчас прекрасно понимаю. Сам ты ничто - общее благо все! Вот только относительно своих родителей я не совсем понимаю… Если бы им ради всеобщего блага запретили общаться и строить личные отношение друг с другом. Неужели бы они согласились? Или в данном случае их близость была на пользу «всеобщему благу» и поэтому они все же зачали меня, не смотря на то, что творилось в мире?
Конструктивного диалога не получилось, от Сириуса мне прилетела пощечина. Впрочем, он сам тут же испугался и сжался как нашкодивший щенок, да и глаза у него были такие же. Что же мне в последнее время все стараются съездить по физиономии?
- Фиговый ты крестный, Сириус, - сказал я, потирая щеку, - рукоприкладством тебе лучше было заняться с кем-то в твоей возрастной категории, с тем же Ремусом или Молли. Тебе не кажется, что время, чтобы меня воспитывать ты бездарно упустил? Отсидка в Азкабане конечно шикарный аргумент, чтобы оправдать свою несостоятельность как крестного осиротевшему ребенку, но, даже выйдя на волю, ты занимался чем угодно, только не моим благополучием. Да что там, тебя бежать из застенок тюрьмы побудило не стремление узнать, а как же поживет там твой крестник, а банальное желание отомстить крысе, промелькнувшей на фотографии в «Ежедневном пророке». Тебя до сих пор не интересует, где я живу с кем и как. Тебя почему-то преследует образ общего блага. Ты погряз в своем прошлом, Сириус, вместо того, чтобы хоть каплю заботы уделить своему крестнику!
- Прости меня, Джеймс! - у крестного были безумные глаза, но хоть этот не собирался плакать от моих слов. - Я кругом виноват, я знаю… Но ты же знаешь, что ради тебя я готов на все! Ты только скажи! Я даже твоего ублюдка буду оберегать и нянчить! Джеймс, я так тебя люблю!
