А вот я как раз понимаю. Все это мой Универсальный Нейтрализатор, будь он не ладен! Люпин и Лили Поттер, наверно из искренних соображений о «всеобщем благе», поработали над сознанием Сириуса. Неизвестно, какие там ему давали установки эти доморощенные менталисты, но блок как-то криво, но держался, пока не вмешался я. Теперь Сириус видит во мне свою любовь - Джеймса, и готов на все чтобы добиться близости со мной. Убейте меня гоночной метелкой! И Дамблдор тут ни при чем. Наплевательское отношение ко мне у Сириуса было с самого начала. Какой из него крестный?! Мой папаша на пару с мамашей думали о чем угодно, назначая этого озабоченного инфантильного болвана мне в крестные, но только не о благополучии своего ребенка. Но Мордред им судья. Мне же придется разгребать оставленное им «наследие». И Люпин тут мне не помощник. Он настолько погряз в своей вине перед последним своим дружком, что скорее прибьет меня, чем признает то, что Сириус неадекватен. Но я все же, сделаю последнюю попытку достучаться до Люпина, может у него хотя бы ненадолго проснется совесть и ответственность перед сыном покойных друзей?
- Люпин, я все понимаю, но терпеть вот это, в виде моего крестного, после того, как он меня чуть не изнасиловал я не намерен!
- Гари подумай, хорошенько. Сириус же по сути не в чем не виноват. Виноват Азкабан и одиночество. Может быть, ты сам как-то спровоцировал его?
- Ты хочешь переложить всю вину на меня, так Люпин? Это значит я виноват, что в крестные мне поставили душевнобольного сексуально озабоченного придурка! Это значит я виноват, малолетний пацан, что на меня повелся великовозрастный мужик и стал рвать на мне одежду и лапать меня. Может я еще виноват в том, что так похож на своего отца, что Сириус просто не смог удержатся?! Ты говори Люпин, не стесняйся! Перекладывай с больной головы на здоровую!
- Мне так жаль, Гарри, - он вздыхает и поднимает на меня смущенный взгляд, а заодно и волшебную палочку - Обливиэйт!
Я заведен как пружина и успеваю уклониться, даже не прибегая к Магии дома. То что я скорее сдохну, чем позволю еще раз изменять мне сознание, помню с кристальной четкостью. Магия дома, наконец, ринулась мне на помощь, ну что ж, лучше позже, чем, никогда. Проклятье очень просто срывается с моих губ:
- Авада Кедавра!
На физиономии оборотня лишь изумление, он уже мертв, еще до того как его тело рухнуло на вытертый ковер гостиной. Мое первое в жизни непростительное заклятье сработало на диво удачно. Нет никаких угрызений совести, и эйфории тоже нет. Все как-то буднично и прозаично. В углу гостиной за празднично наряженной елью только начинает выть Сириус.
- Лунатик! Вернись…
Я накладываю на крестного заглушающие чары и пытаюсь придумать, что делать с телом Люпина. Премии от Министерства Магии за ликвидацию оборотня мне не видать из-за неподходящей фазы луны, скорее уж впаяют штраф. И в этот момент появляется Тонкс. «Зовите меня просто Тонкс» в расстегнутой блузке и без волшебной палочки. Она обалдевшим, не верящим взглядом обводит гостиную. Когда она, наконец, сосредотачивается на Люпине, ее губы начинают дрожать. О том, что она Аврор, и здесь на задании, Тонкс забыла напрочь. Что ж я ей не судья, сегодня я просто палач.
- Авада Кедавра!
«Просто Тонкс» ничком падает рядом со своим возлюбленным. Вот так, без всяких тренировок у меня получилось Третье Непростительное, было бы желание и необходимость. Из-за Фиделиуса Дамблдора, да и самой восстановленной защиты дома Блэков, в Министерстве Магии не узнают, что здесь баловались непростительными. Ну а те, кто сможет попасть в дом, ничего обнаружить не смогут - остаточные темномагические проявления были поглощены Магией дома. Осталось совсем немного и мой путь будет свободен.
- Призываю Магию в свидетели! - говорю я, поднимая волшебную палочку и ни обращая внимание на боль от синяков на моем теле оставленных Сириусом. - Я отрекаюсь от крестного, выбранного моими покойными родителями! Он не выполнил обязательства, возложенные на него Магией. Он не заботился ни о моем воспитании, ни о моем образовании, ни о моей безопасности, даже когда застенки тюрьмы не разделяли нас. Он готов передать меня в руки тех, кто желает мне зла. Он не видит во мне крестника, что подтвердил своими действиями. Я отказываюсь, с этой минуты и вовек, видеть в нем крестного! Да примет Магия мое отречение, если сочтет мои слова правильным или покарает меня! Да будет так!
