Она изложила бедняжке все, что накануне совершилось и каким образом, молодая особа очутилась в незнакомом месте.
– Какое абсурдное недоразумение! Не могу поверить, что такой зазор со мной случился, – девушка в тревоге залилась слезами.– Мне надо уходить, я здесь не останусь.
– Куда ты? Твои родители в курсе, они едут к тебе.
– А кто им сообщил? Где мой телефон? – слезливое состояние Сабины обратилось в панику.
– Ты конечно можешь уйти, написать заявление, судиться с нами, но репутацию однажды украденной невесты тебе не сберечь.
– Судиться?! Не утруждайтесь! Всевышний вам судья! А замуж выйти я не горю, – она уперлась к запертым дверям и зазря дергала за ручку, – откройте здесь!
– В таком положении я тебя не выпущу, для начала приди в себя, соберись с мыслями, обдумай все как следует.
– Да вы, вы… что вы меня держите? – не выговорив ничего более, она уселась на порожке и заплакала. Плач прервал звонок на мобильник.
– Алло! Мама, мама ты где? Я? Я не знаю. Адрес? Какой здесь адрес? – выкрикнула она хозяйке, – Петра Первого, 79 П, квартира 8, – повторила она услышанное.
– Мои родители едут. Они меня заберут, – заявила Сабина.
– Вы с какого района? – спросила Альбина ради того, чтоб завязать беседу и присела рядом.
– С Кизилюртовского.
– Чудно! От столицы недалеко. Муж звонит, через каждые 10 минут, и спрашивает где я и чем занята. Уже половина шестого вечера, а мои дети до сих пор в садике. Я не успела их забрать, а он на работе.
Сабина больше не паниковала.
– Ты думаешь, что мне нечем заняться или может мне угодно удерживать тебя здесь? – продолжила Альбина, – я поступаю лишь по доброй воле, меня тоже тяготит эта сложившаяся ситуация, в которую встряла моя семья и ты, – Альбина направила на девушку блеклый взгляд.
Сабина молчала. Единственное что ей хотелось, это уйти поскорее и забыть о случившемся навсегда.
– Я бы на твоем месте поступила иначе. Мой брат мажор, но у него нет права выбора. Его обязали жениться на «украденной», то есть на тебе. Единственное его спасение – это отказ с твоей стороны. И ты допустишь такое? Я бы беспардонно осталась, чтоб мозолить ему глаза.
– Нет. Я как раз наоборот. Не держусь за людей, которые ко мне равнодушны. Не вижу в этом смысла.
В дверь постучали.
– Наверное, мама с папой! – Сабина вскочила с места.
И действительно, предки Сабины ворвались в дом, и, не тратя времени опрашивали что да как привелось. Сабина долго освещала последнюю хронологию, ее отец между разговором полюбопытствовал, что она вообще делала у салона во время занятий, обвинил, что та прогуливает пары и забранил за оплошность. Несколько мгновений минуя, вошел отец Адиля с двумя мужчинами. Обе стороны молодых людей толковали в гостиной, то споря, то повышая тон, то вдруг умолкая. В доме воцарилась накаленная атмосфера. Зайнаб Ахмедовна, мама Сабины, зашла к дочке, чтобы замолвить пару слов. Морщинистое лицо, печальные, глубокие глаза, небрежно подвязанная цветная косынка, прямое темно-синее платье (ее единственное облачение на выход), этот образ сельской домохозяйки, уже долгие годы закрепился за ней. Родные «непроизвольной» невесты так же прибегнули к заключению оставить дочь. Мама в мыслях подбирала слова как бы деликатнее и назидательно объяснить дитя, что это и есть самый разумный вариант в сложившемся абсурде. Сабина сидела в спальне. Женщина пристроилась рядом и поведала о недавней дискуссии взрослых.
– Не понимаю вас! Вы обо мне подумали? Ох, какая же я несчастная, – Сабина никак не мирилась с решением родных.
– Итог девичей жизни – это замужество! Все равно ты выйдешь замуж, сегодня или через год. Зачем противишься судьбе!? – сказала мать.
– Мама, где здравый смысл? Мы их не знаем. Ты мне обещала, что мужа я выберу сама, это было единственным, в чем бы вы доверились мне, и этого меня лишили. Это не справедливо! – девушка ладонью вытирала мокрые глаза.
– Сабина, ты будешь несчастна, если мы тебя заберем. Ты ведаешь, какой у нас гнусный народ, одно по факту скажут, десять от себя сочинять. Я опасаюсь, что оклевещут тебя, и никто больше не произнесет твое имя в качестве свободной, славной невесты. Такие случаи у парней прощаются, а имя девушки запятнается. Я побаиваюсь, что ты можешь остаться в старых девках, а если и выйдешь замуж, то за вдовца, разведенного или старика.
– АстагфируЛлах мама, что ты такое говоришь?! Уж лучше старой девой остаться, чем так позорно обвенчаться с тем, кто будет меня ненавидеть.
– Дочь, женщина хитрее и прозорливее мужчины. Оберни эту трагедию в счастливый случай. Взгляни на все иначе, хватит унывать. Радуйся жизни, чтоб она тебе не преподнесла. Никогда не позволяй окружающим жалеть себя. Всем своим сестрам и подружкам также скажешь, что замуж вышла по желанию. Семейные тайны и конфликты никому не раскрывай, люди только перед тобой, для вида притворятся, что сочувствуют, а за спиной начнут насмехаться и обсуждать.
– Ох, мама, о чем ты твердишь!?
