— Я думаю, что этот мастер снов что-то напортачил в своей магии. А когда его клиенты принялись умирать, он крепко испугался. Уже не знаю, чего больше — потусторонних сил, или нашей службы. И тогда он устроил фальшивые похороны, а сам подался в бега.
Зотов не сдержался и ударил кулаком по столу. Посуда подпрыгнула с жалобным звоном.
— Я переверну всю Империю, но его найду! Один он не мог это устроить, ему помогали. Наверняка, сын знает, где отсиживается его папаша. Я с ним поговорю, и он мне все выложит.
Приняв решение, Зотов чуть успокоился. Его сильные плечи опустились, взгляд снова стал сосредоточенным.
— Поедете со мной, господин Тайновидец? — спросил он.
Я прожевал мясо и покачал головой:
— Нет, Никита Михайлович. Если все было именно так, как вы предполагаете, то вы отлично справитесь без меня.
— У вас есть другая версия? — прищурился Зотов.
— Есть, — кивнул я. — Предположение, что Градов просто сбежал, никак не объясняет сон Куликова и то, что сказал призрак обер-прокурора. Помните, они оба видели на кладбище человека в черном капюшоне.
Зотов недовольно поморщился.
— Сны, призраки! — фыркнул он. — Все это может не иметь прямого отношения к делу. Впрочем, как хотите.
— Вот именно, — кивнул я.
И подозвал к столику хозяина клопы.
— У вас подают какие-нибудь десерты? Выпечку или пирожные?
— У меня есть свежайший кох, — обрадовал меня серб.
— Кох? — заинтересовался я. — Что это?
— Десерт из воздушного теста. Его пропитывают горячим сладким молоком, а потом держат в холодильном шкафу.
— Звучит любопытно, — рассмеялся я. — Упакуйте мне с собой побольше этого коха. Так, чтобы хватило на неторопливое чаепитие с другом. И от души благодарю за обед. Вы изумительно готовите мясо, а сливовица выше всяких похвал.
— Спасибо! — с достоинством поклонился хозяин. — Я сейчас все принесу.
— Снова собираетесь в Незримую библиотеку? — усмехнулся Зотов.
Я не видел причин скрывать свои намерения и просто кивнул:
— Да. Попробую потянуть за другую ниточку.
— А именно?
— Поищу способ еще раз поговорить с Хранительницей Снов.
— Это разумно, — согласился Никита Михайлович. — Значит, будем действовать параллельно.
— Это может быть опасно, Александр Васильевич, — встревожился эксперт. — Не нравятся мне все эти смерти во сне. Поверьте интуиции некроманта.
— Верю, — рассмеялся я. — Но надо же что-то делать. Кстати, Леонид Францевич, с вас в ближайшее время еще один обед в этом заведении. Вы так и не успели рассказать мне, как открыли в себе дар некроманта. А здесь самое подходящее место — кормят вкусно, и вид соответствующий.
Я кивнул на окно, за которым мирно зеленели кладбищенские березки.
— С удовольствием, — добродушно улыбнулся Леонид Францевич.
— Пора ехать, — сказал Зотов, поднимаясь из-за стола.
Он достал из кармана две золотые монеты и шлепнул их на стол.
— Прошу простить мою забывчивость, господин Тайновидец. Договаривались, что за обед плачу я. Идемте, Леонид Францевич. Вас ждет увлекательное исследование остатков фальшивого гроба.
Он широкими шагами направился к двери. Эксперт Щедрин заторопился следом.
Стоило им уйти, как из кухни появился хозяин клопы. Он поставил на столик коробку из плотного картона, крест-накрест перевязанную бечевкой. Серый картон покрывала изморозь.
— Кох, ваша милость. Не держите его долго в тепле, это очень нежный десерт. Есть его лучше ложечкой. А это лично от меня.
Жестом фокусника он извлек из кармана небольшую квадратную бутылочку.
— Это грушевая ракия. Попробуйте, не пожалеете!
— Благодарю, — улыбнулся я.
Благодаря гостеприимному хозяину трактира, я отлично подготовился к встрече с Библиусом. Оставалось только найти нужную дверь — такую, на которой нарисована открытая книга. Именно такая дверь должна была привести меня в Незримую библиотеку.
В клопе таких дверей не обнаружилось. Поэтому я вышел на улицу и окинул взглядом соседние дома.
Ничего. Двери домов вдоль улицы были украшены резьбой и даже потемневшей бронзовой ковкой. Но ни на одной из них я не нашел ничего, похожего на книгу.
А солнце, между тем, пригревало и грозило превратить замороженный десерт в малопривлекательное месиво.
Я решил выйти через кладбище на проспект и поискать нужную дверь там. Но так далеко идти не пришлось. Железная пластина в виде раскрытой книги обнаружилась прямо на калитке в кладбищенской ограде. Я мог поклясться, что еще полчаса тому назад этой пластины здесь не было. А между тем, голубая краска на ней уже успела потрескаться, и из трещин сочились ржавые потеки.
— Дверь подходит к ситуации, — улыбнулся я, толкая калитку.
Она открылась с жалобным скрипом. Из солнечного летнего дня я шагнул прямо в прохладный полумрак Незримой библиотеки.
— Салют, Библиус!
Хранитель Незримой библиотеки Библиус Марий Петроний сидел за письменным столом. Одной рукой он подпер подбородок, а другой задумчиво вращал парящий над столом золотой глобус, украшенный драгоценными магическими камнями. Камни вспыхивали и гасли, когда на них падал свет. С недавних пор я знал, что каждый камень на глобусе обозначает место магической силы.
