– А они все одинаковые, эти сюжеты. Ну, то есть, вариантов развития немного и я все их знаю.
– А вдруг кто-то из главных героев в конце умрёт или они поженятся?
– Автор мой интерес не удержал, увы, – карт в моей руке оказалось слишком много и они выскользнули из моих пальцев, рассыпавшись по скатерти и засветившись противнику.
– И ты всегда так бросаешь книги?
– Если автор сдал свои карты – да, бросаю, – я зевнула и начала сгребать растерянное в кучу. – Давай завтра доиграем, ночь на дворе. А ты всегда дочитываешь?
– Да, всегда может быть какой-то неожиданный поворот. Спокойной ночи.
Последняя реплика настигла только мою спину, я уже закрывала за собой дверь в спальню – так хотелось спать. Но, немного поколебавшись, я всё же снова придвинула комод к двери.
Я натирала кухонный стол полотенцем и почти пританцовывала. Настроение с самого утра у меня было просто отличное. Ибо настал день, после которого я, наконец, смогу вернуться домой, в свою уютную серую питерскую реальность, удрать, сверкая пятками, подальше от этого чокнутого Зазеркалья. День обратного отсчёта. День Ч. Энергия била из меня ключом.
Мне так не терпелось, что я с самого утра начала сборы, хотя планировала уехать только завтра утром. Я собрала все свои вещи в сумку, уложила её и выставила в коридор. Я заправила кровать, хотя в предыдущие дни ни разу этого не сделала. Я даже убралась на кухне, устраняя последствия поисков резервного освещения. День был жаркий. Я умаялась, вся вспотела и покрылась пылью, которую все эти дни, разумеется, тоже никто не трогал. Пришлось распотрошить собранную сумку, сходить в душ и переодеться, а грязную одежду, так и быть, постираю уже дома. Сумка была собрана и вынесена второй раз.
Эрик, если и был как-то задет тем, что я с утра игнорирую его присутствие, виду не подавал. Из душа я вылезла аккурат к обеду, который опять был накрыт в комнате, и даже остатки овощей были разложены на тарелке в художественном порядке. Впрочем, обед был поздний – я же полдня крутилась на кухне с уборкой, и день уже стремительно катился к закату. Собирая посуду, я спросила, что мы сегодня будем делать вечером, смотреть новости или играть в карты – других вариантов я предложить не могла. Он выбрал карты, я протянула ему колоду и отправилась мыть посуду, слава богу, он уменьшил её количество до приемлемого. Поясница отвалиться уже не успевала – я была быстрее.
Первая партия в пьяницу закончилась неожиданно быстро – Фортуна наконец определилась с любимчиком (капризную богиню можно было понять), и я с треском продула. Решив воспользоваться неожиданной паузой, я выскользнула из дома на крылечко – покурить, конечно, а заодно полюбоваться моим последним южным закатом и насладиться подступающей после дневного зноя вечерней прохладой.
Однако, как только я уселась на перила, деревянная перекладина подо мной внезапно ушла вниз, затем подло хрустнула, и я полетела на землю с крыльца с таким грохотом, цепляя всё по дороге, что мне даже заложило уши. Офигеть, прощальный подарок, подумала я, резко ощутив землю всем левым боком. Накурилась, блин. В голове продолжало звенеть эхо от устроенного мной грохота, но как только я подняла взгляд от земли, я увидела Эрика, выскочившего на шум. Я сделала ему рукой знак, чтобы уходил обратно в дом, но он протянул мне руку, чтобы я смогла встать. Я не стала тянуть время, схватилась за его здоровенную ладонь, и, поднявшись на ноги, первым делом подтолкнула его в сторону входа. Мы зашли в дом.
– Зачем ты вышел, ты не должен был показываться снаружи! – мой внутренний параноик испугался того, что эту сцену могли увидеть прохожие, даже больше, чем возможных переломов.
– Ты цела?
Я быстро провела ревизию своей тушки. Руки целы, ноги целы, головой не ударилась. Уже неплохо.
– Вроде да, цела. Больше испугалась. На руках пара ссадин, но это ерунда.
– Это нужно… – он потянулся пальцами к моему ободранному локтю, но я прижала его к боку и прикрыла ладонью.
– Я справлюсь, спасибо.
Я ушла на кухню и достала пузырёк с йодом. А вот синяков я себе набила, конечно. Как минимум, на бедре, на которое я приземлилась первым, завтра все расцветёт, думала я, аккуратно прикладывая к ссадинам ватный диск. Дождавшись, пока перестанет щипать, я вернулась в комнату – вся в бледнеющих на глазах коричневых пятнах, как леопард. Эрик, смирно сидевший на диване, моментально вскочил на ноги.
– Хлипкая же оказалась деревяшка, да? Я посмотрел, что от неё осталось – одни щепки. Странно, что только сейчас треснула. Лететь, конечно, было невысоко, но… Точно всё в порядке?
– Да, даже не болит почти. Садимся играть? – я взяла колоду и отодвинула стул от стола.
– Подожди, у тебя кровь на рубашке.
– Где? – я порыскала глазами по полам рубашки, по рукавам, но заметила только грязные полосы. Да ну нафиг, переодеваться третий раз за день я уже не буду.
– На спине, тебе не видно.
