окладах, то счастливое воссоединение земли русской могло бы наступить хоть завтра.
Если бы насущные интересы украинских “диячив” никоим образом не пострадали, а
даже наоборот, то такую мелочь, как исчезновение на карте мира независимой
украинской державы, они скорее всего не заметили бы, как не заметили и не ощутили в
свое время распад самого большого в мире государства…
Впрочем, все это ведь автоматически означает, что потребовались бы какие-то
уступки со стороны высших российских чиновников и политиков. Им, в таком случае,
пришлось бы в своей деятельности поставить на первое место не личные и групповые
интересы, а благо России, которую они представляют…
Да и, вообще, понадобилась бы их способность пойти на те или иные
нестандартные шаги, необходимые для выхода из той катастрофической ситуации, в
которой оказалась Россия; и, может быть, даже готовность — во имя великой цели,
ради восстановления единства Руси — потесниться у государственного руля…
Но вся беда в том, что высшие российские чиновники и политики сделаны
приблизительно из того же теста, что и украинские, которым я посвятил столько
бичующих глав. А потому ожидать от них, что они станут предпринимать что-либо,
могущее поставить под угрозу их чиновничье и политическое благополучие, к
сожалению, не приходится… А ведь именно ради упрочения такого же благополучия
высшие украинские чиновники и решились на предательский раздел нашей страны.
За годы, прошедшие после распада СССР — в полной мере проявилась духовная
убогость нынешней правящей российской элиты, ее невосприимчивость ко всему тому,
что составляет своеобразие России, непонимание тех основ, на которых столетиями
держалась русская жизнь — а стало быть, и неспособность отстаивать интересы «этой
страны» и обеспечивать продолжение ее исторической миссии.
Это, кстати, является дополнительным свидетельством того, что не только Украине
невозможно быть без России, но и нынешняя Россия — без Украины и Белоруссии —
ущербна и неполноценна; и — несмотря на все ее славное прошлое, несмотря на
принадлежащее ей великое культурное достояние, несмотря на огромную территорию и
неисчислимые природные богатства — постепенно погружается в провинциализм.
Московские правители, своим преступным невниманием к региональной политике и
совершенным в ней промахам, дали в свое время повод всякого рода кравчукам
учинить «парад суверенитетов»; они вполне еще могут добиться того, что от России
станут отделяться и регионы, которые, в отличие от национальных образований, не
имеют для этого никакого формального демагогического обоснования (вроде Урала,
Сибири или Дальнего Востока).
В целом же, деятельность властителей «новой» России в период ее
«независимости», трудно не квалифицировать как «антироссийскую». Создавалось
иногда впечатление, что правящая верхушка России намеренно делает все, чтобы
ухудшить положение страны. Достаточно хотя бы обратить внимание на то, кому
поручалось кураторство над наиболее важными, стратегическими направлениями
российской внутренней и внешней политики (чтобы не отвлекаться от нашей темы,
вспомним лишь, кого выдвигали в руководители исполнительных органов СНГ, Союза
России и Белоруссии и т.д…)
Нынешней политикой в Чечне, ситуация в которой, будто нарочно, всякий раз
«обостряется» накануне украинских выборов, российские власти, как никто, помогают
украинским правителям проводить свой «нэзалэжный» от всякой совести курс, и
выставлять в свою пользу последний, но для многих решающий аргумент: «Затэ ваши
диты нэ воюють в Чэчни».
Говоря о восприятии внешним миром России, как не вспомнить и Жириновского
(этой — по меткой характеристике Солженицына — «карикатуры на русский
патриотизм») — которого зачем-то упорно держат на видном месте, в качестве то ли
пугала, то ли витрины… Наверное, чтобы отвадить от России тех, кто мог бы нечаянно
проникнуться к ней симпатией (в этом, кстати, разительное отличие российских властей
— от украинских, все силы которых, притом без остатка, уходят на создание
благоприятного «имиджа» Украины).
При всем этом у Украины нет сегодня иного спасительного пути — кроме того,
который ведет к максимальному сближению и воссоединению с Россией. И это нам
необходимо совсем не ради того, чтобы нынешних украинских чиновников и политиков
заменить на такого же сорта российских — а ради нашей великой духовной и
культурной традиции, начатой в Древнем Киеве более тысячи лет назад и
продолженной в Руси Северной, затем — в Российской Империи и даже — пусть и в
искаженном виде — в СССР. Без наследования великих духовных ценностей,
