созданных совместно всеми частями Руси, мы обречены утратить свою неповторимую
личность, после чего не сможем уже играть в истории сколько-нибудь самостоятельной
роли.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ,
содержащее пессимистические выводы из всего вышеизложенного
Иллюзий у меня нет: я верю в украинскую государственность, верю в то, что коль
завелись у нас собственные политики и государственные деятели — государственность
эту уже не вывести никакими средствами.
Что же касается народа, то, многократно обманутый всеми кому не лень, он вряд ли
уже станет шевелить пальцем ради изменения своей исторической судьбы.
Окончательно разуверившись во всем, в чем только можно разувериться, он верит
теперь разве что в помидор, выращенный собственноручно на приусадебном участке,
— который, можно надеяться, не обманет, но который все же есть не более чем
помидор.
Прошла та пора, когда народ наш верил, например, что среди политиков может
вдруг явиться некий Стенька Разин в пиджаке, способный одним махом разрешить все
проблемы, удовлетворить вековечные чаянья, и утешить обиженных, и наказать
обидчиков… Этой-то верой и вознесены были на политические олимпы и Ельцин в
России, и Кучма на Украине… Очень скоро, однако, всем стало ясно, что времена
стенек разиных давно прошли, и нынешние политики, как поезда, движутся строго по
ранее проложенным рельсам и друг от друга чаще всего отличаются лишь часом
прибытия и своим номером.
Наш украинский президент под номером два, вознесшийся наверх не в последнюю
очередь благодаря всеобщему недовольству разрывом с Россией, — как только
очутился на высшей государственной должности, тут же и запамятовал, как он на нее
попал. Между тем, лозунг сближения с Россией, с которым он шел на выборы, был едва
ли не решающим, помогшим одержать победу над Кравчуком (последний хоть и
получил на выборах внушительное количество голосов, однако значительную долю их
составили голоса той части электората, политическая осведомленность которой
ограничена знанием фамилии высшего руководителя). Проявив политическую волю и
поменяв одного Леонида на другого, народ в результате ничего не добился. Все, за
исключением некоторых мелочей, осталось таким же, как при прошлом и даже при
позапрошлом Леониде. Новый народный избранник твердой рукой продолжает
отвергнутую народом линию своего предшественника, хотя его-то, нашего нового
президента, выучившего лишь накануне своего избрания украинский язык, заподозрить
в закоренелом украинофильстве никак невозможно. Что же тогда заставляет его столь
ревностно держаться курса, ведущего к окончательному разрыву с Россией?.. Неужели
у него, кроме подобранной на шестом десятке лет идеи об украинской независимости,
не осталось за душой ничего другого — из того, о чем стоило бы пожалеть, разрывая с
Россией?
Тем временем у народа, на смену всем его политическим упованиям, явилась
апатия и полное безразличие ко всему, что делается наверху, — а это значит, что
рассматриваемые нами великие исторические события обратного хода иметь, скорее
всего, не будут и власть имущим за установившийся в результате этих событий порядок
вещей можно не беспокоиться.
В этих обстоятельствах единственное, что стоит напомнить в утешение тем, кого
лишили великой Родины — это то, что в нашем случае мы имеем дело с незыблемым
мировым законом, согласно которому в истории всегда побеждает варвар.
(1995).
"Русская община" [ www.russian.kiev.ua ]. Редакция 21.06.2005
