4. В первый день после отвода (тяжелых вооружений – прим. «Ленты. ру») начать диалог о модальностях проведения местных выборов в соответствии с украинским законодательством и Законом Украины «О временном порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей», а также о будущем режиме этих районов на основании указанного закона.
12. На основании Закона Украины «О временном порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей» вопросы, касающиеся местных выборов, будут обсуждаться и согласовываться с представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей в рамках Трехсторонней контактной группы. Выборы будут проведены с соблюдением соответствующих стандартов ОБСЕ при мониторинге со стороны БДИПЧ ОБСЕ.
В чем же тут «фишка», как любят выражаться молодые люди?
Джеффри Пайетт, а заодно с ним и президент Порошенко вычленяют из документа только ту его часть, которая соответствует интересам Киева и Вашингтона, игнорируя не только «дух» документа, но и его «букву».
На самом деле «Комплекс мер…» предусматривает проведение выборов не просто «по украинскому законодательству», а по согласованному с представителями Донбасса в рамках контактной группы закону, учитывающему положения закона о временном порядке местного самоуправления. Между прочим, этот закон предусматривал временную автономию, включая собственную милицию в отдельных районах Донецкой и Луганской областей. Этот закон должен был уже вступить в силу, но Порошенко, как известно, внес в него изменения, в соответствии с которыми закон вступит в силу после местных выборов, а местные выборы пройдут после того, как ополченцы сдадут оружие (капитулируют), чего, разумеется, не будет. То есть это снова такой желанный для Киева тупик. А отказ от переговоров с нынешними представителями Донбасса – это прямое нарушение пункта 12 минского протокола.
Вот еще одна цитата из упомянутого выше выступления Джеффри Пайетта. «… Россия и боевики постоянно нарушают Минские соглашения, в то время как Украина прилагает максимум усилий, чтобы эти договоренности выполнять. Это факты. Но мы не готовы декларировать срыв Минских договоренностей».
Таким образом, позиция официального Киева, поддержанная США, очевидна: минские соглашения рассматриваются исключительно в той их части, которая соответствует интересам нынешней украинской власти при полном игнорировании остальных частей подписанного документа, получившего после голосования в Совбезе ООН статус международно-правового акта. И при этом декларируется «безальтернативность минских соглашений».
Президент Порошенко, выступая на прошлой неделе с ежегодным посланием Верховной Раде, вполне четко дал понять, что двигаться по пути поиска политического урегулирования кризиса на юго-востоке он не намерен. Неслучайно Порошенко не устает настаивать на единственном пункте «Комплекса мер…» – возврате Киеву контроля над границей с РФ, – прекрасно отдавая себе отчет в том, что, как и предусмотрено «Минском-2», этот пункт стоит после реализации всех предыдущих, включая внесение изменений в Конституцию о предоставлении особых прав Донбассу. Поэтому нынешний тупик в переговорах контактной группы Порошенко вполне устраивает.
Местные выборы в Донбассе, по мнению Порошенко, возможны только после того, как регион перейдет под контроль Киева, то есть после «зачистки Донбасса от террористов». Поскольку такой исход возможен лишь в результате военного поражения непризнанных республик – а это на сегодня выглядит совершенно невероятным, что, по-видимому, признается и в Киеве, – то остается лишь одна возможность для интерпретации политики нынешних киевских руководителей. Решение об отказе реинтегрировать Донбасс в состав Украины в Киеве принято, но заявить об этом Порошенко, разумеется, не может, как не может он публично заявить об отказе от соблюдения «Минска-2».
Идеальным решением на данном этапе для Киева (но не для Украины, конечно!) было бы признание провала Минского процесса. Но сделать это надо так, чтобы вина за провал была бы возложена на «донецких террористов» и Москву. Для реализации такого сценария необходимо, чтобы на месте Хайди Тальявини был более чуткий к рекомендациям из Вашингтона спецпредставитель, который был бы готов публично обвинить непризнанные республики и Москву в срыве минских соглашений. Скоро мы узнаем кандидатуру сменщика Тальявини и сможем оценить, насколько оправдались наши ожидания.
Что же в нынешней ситуации можно было бы предпринять для принуждения нынешних властей Украины к диалогу по проблемам политического урегулирования кризиса?
На мой взгляд, возможности убедить Киев вступить в прямой контакт с представителями ДНР и ЛНР полностью исчерпаны. Можно попытаться от имени непризнанных республик обратиться к ОБСЕ, ООН, БДИПЧ и другим с просьбой помочь в организации и проведении местных выборов в Донбассе и направить необходимое число наблюдателей для международного контроля за соблюдением всех демократических норм.
