4-й ТА была поставлена задача по обороне района в окрестностях местечка Броды. Пока наступления не было, немцы успешно маневрировали и собственными силами отбивали наступления местного значения. В состав корпуса входили 4–5 дивизионных групп (каждая малой численности). 4-я ТА «танковой» была лишь по названию, т. к. имела в своем распоряжении всего 50 танков, имевших к тому же маленький боезапас. Немецкая авиация на фронте фактически бездействовала. Опираясь на данные разведки, А. Хауффе полагал, что советское наступление будет предпринято через две недели, и его главной целью будут именно Броды — важный коммуникационный узел. О том, что советские войска прорвутся на двух участках фронта и охватят Броды «в клещи», не было и речи.
Части дивизии планомерно прибывали на фронт и выходили в места своего размещения. Учебно-запасной полк был переброшен из Вандерна, где ему не хватало места, в Нойхаммер. В полку в это время насчитывалось около 7 тысяч солдат.
Дивизионное командование неофициально обратилось к командованию 4-й ТА с просьбой не вводить дивизию в бой частями и учитывать ее особенности как в плане недостаточной военной подготовки, так и инонационального состава.
Внутренний настрой солдат дивизии был неоднозначным. Молодым и горячим не терпелось вступить в бой. Многие не знали, за что, собственно, пойдут они погибать. Полковник Бизанц еще в Нойхаммере кричал:
По прибытии на фронт дивизия начала создавать укрепленные позиции. По выработанному плану три пехотных полка и батальон фузилеров укрепляли передовую линию. Все иные части дивизии разместились в глубине фронтового района. Отделы снабжения и обозы располагались в окрестностях г. Ожидова. Запасной батальон окопался на западе от Ожидова и представлял собой резерв дивизии. Несмотря на то, что части дивизии были размещены близ сел и местечек, личному составу было запрещено покидать места расположения. Линия фронта находилась в 20 километрах.
Снабжение дивизии продовольствием осуществлялось путем поставок. По селам разъезжали комиссии снабжения, которые закупали скот. По информации майора Гайке, нередко сами солдаты «Галичины» с оружием в руках вмешивались в работу членов комиссии.
Вскоре после обустройства новых позиций командование дивизии, исполняя приказ, было вынуждено перебросить два полка на новые места.
Постепенно обстановка на фронте накаляется. Возрастает активность советской артиллерии. Численность противостоящих советских войск возрастает с каждым днем. Активизируется советская авиация, немецкая же в небе отсутствует. У 13-го корпуса отсутствуют какие-либо резервы. На этом участке фронта 13-му корпусу противостояли 1-я, 3-я и 4-я гвардейские танковые армии, отдельный танковый корпус, 6-я, 7-я и 8-я кавалерийские дивизии. Каждая из танковых армий состояла из 3 танковых корпусов (каждый по 2 танковые бригады). В каждой из бригад насчитывалось от 300 до 400 танков. Кроме них, сюда же входили отдельные минометные и артиллерийские части. Кавдивизии, кроме кавполков, имели по 50 танков каждая.
В целом на фронте обстановка складывалась по аналогичному сценарию. Против немцев стояли три танковые армии по три ТК в каждой, один отдельный ТК, три кавдивизии, около 20 дивизий в резерве, приблизительно 1800 танков.
Немцы могли противопоставить два ТК («танковые» лишь по названию), два пехотных корпуса (15 дивизий) и 2 резервные дивизии. Незадолго до начала советского наступления 3-ю, 5-ю и 6-ю танковые дивизии, части которых были разбросаны в районе на восток от Ковеля, передислоцировали в Венгрию.
13 июля 1944 года после массированной артподготовки советские войска развернули наступление. В своей первой стадии Красная армия прорвала немецкий фронт на двух стратегических направлениях: 1-м — по дороге Тернополь — Львов (удар пришелся в середину 38-го корпуса), 2-м — на северо-запад от Бродов на стыке 13-го армейского и 46-го танкового корпусов. Оба удара были столь сильными и стремительными, что их невозможно было остановить, не имея танков и авиации. Основной таранной силой ударов были танки «Т-34», поддерживаемые с воздуха штурмовиками и истребителями.
Особенно быстрыми и успешными оказались действия советских танков, замкнувших кольцо окружения 13-го немецкого корпуса. Северный удар советских сил пришелся на левое крыло 13-го корпуса, а основная его тяжесть обрушилась на соседний 46-й ТК. Командир и начштаба дивизии, что располагалась на левом крыле 13-го корпуса в начале наступления, наехали в штабном автомобиле на мину. В неуправляемых частях возникла паника, что усугубило полную картину хаоса. Советские танковые части давили гусеницами и расстреливали смешавшиеся немецкие порядки, прорвались в район Бугска, где замкнули кольцо окружения.
