От отеля, который находился вдали от городской суеты, было всего десять минут пешком до центра Цюриха. И Удачин уже мечтательно размышлял, как, отдохнув, отправится на прогулку. Не успел Александр переступить порог номера, как вслед за ним прибежал запыхавшийся портье в ярко-красном пиджаке.
– Герр Удачин, герр Удачин, – обратился он к хозяину номера. – Для вас есть сообщение. Точнее, письмо. Его оставила одна приятная дама. Она все время повторяла, что это очень срочно и очень важно.
Он протянул маленький серебряный поднос, на котором белел конвертик. От мессиджа исходил тонкий аромат женских духов, а на самом конверте было отчетливо видно тисненое изображение герба – очевидно, фамильного. Удачин вскрыл конверт и развернул послание таинственной незнакомки. На розовом листке с водяными знаками в виде того же фамильного герба изящным женским почерком было написано следующее:
«Что за странное приглашение? – подумал он. – Почему так официально? Что за чопорный стиль? Ведь можно было без всяких выдрючиваний через портье связаться со мной по телефону».
Любопытство распирало молодого бизнесмена. Интересно, сколько ей лет? Как выглядит? Что ею действительно движет? Так или иначе, ровно в восемь Удачин стоял у входа в отель. За ним с трехметровым отрывом неотступно с мрачным видом следовал охранник, явно недовольный незапланированными передвижениями подопечного.
Наконец из затемненного чрева одного из подъехавших автомобилей появилась молодая, на вид лет тридцати пяти, женщина, всем своим видом излучая достоинство и простоту. Удачин с нескрываемым восторгом уставился на ее красивое, типично славянское лицо, облагороженное европейским шармом. Походка графини была столь же легка, как черное шелковое платье от Шанель, поверх которого была небрежно накинута шиншилловая шуба. Казалось, ее длинные, стройные ноги вообще не касаются земли. Прелестная головка с тщательно уложенными волосами грациозно покачивалась в такт движениям гибкого тела. Украшений на женщине почти не было – только на шее, свисая до углубления груди, поблескивал бриллиантовый кулон.
– Здравствуйте, вот и я. Та самая Елена. – Графиня протянула ему руку. – Сразу хочу поблагодарить, что приняли мое предложение.
– А я Александр. Тот самый. Здравствуйте, – мгновенно приняв ее тон, произнес в ответ Удачин, стараясь как можно нежнее пожать белоснежную ручку русской аристократки. – Улавливаю в вашем голосе французский акцент, хотя писали, что живете в Швейцарии. Здесь кругом немецкая речь.
– Вы наблюдательны, но должна заметить, что в Швейцарии, по крайней мере в той ее части, где живу я, более популярен язык французский.
В следующее мгновение произошло нечто необъяснимое. Двое дюжих, широкоплечих парней стремительно выскочили из лимузина и, заломив Александру руки, грубо запихнули его в машину. С неожиданным проворством для дамы в обтягивающем платье графиня оказалась рядом.
– Не удивляйтесь, Александр Михайлович, у нас не было другого способа избавиться от вашего охранника, – прошептала она ему на ухо.
– В каком смысле? – растерянно спросил Удачин.
– В самом прямом. Приставленный к вам телохранитель не столько защищает вас, сколько неотступно следит за вами и подслушивает. Но это уже не важно. Сейчас мы едем в одно уютное местечко – тайский ресторанчик, где я вас познакомлю с кем нужно.
– Значит, меня не похитила какая-нибудь разведка? – настороженно спросил олигарх.
