Ван смотрел в сторону, чтобы только не видеть своего мужа. Казалось, что сердце взбунтовалось, так сильно оно ударялось в грудную клетку. Что необычного в том, что рядом стоит голый супруг? Если бы это было лет через пять, то ничего. А сегодня был их первый раз. Ван впервые увидел голым кого-либо, кроме своих братьев. Эльфу хотелось дотронуться до тела, и он несмело прикоснулся ладонью к груди, не позволяя себе больше.
Олег, видя нерешительность и желание супруга, прошёлся рукой по его волосам, снимая с единственной косы ленту. Человек провёл тыльной стороной кисти по лицу, обводя контур. Губы нежно, почти не касаясь чужих губ, начали поцелуй. И углубили его только тогда, когда Ван сделал свой ответный шаг. Неумелый... А разве в поцелуях возможно быть неумелым? Кто на этом будет сосредотачиваться, когда важна сама близость любимого человека. Его касания не только губ, но и всего тела.
Руки Олега расстегнули пряжку ремня эльфа и залезли под трусы, сжимая ягодицы Вана, а затем поглаживая поясницу. И он не знал, что делать, хотелось застонать уже от возбуждения, что охватило тело. А, с другой стороны, было стыдно, неловко. Было страшно что-то сделать не так. Страшно было, что подведёт голос. Страшно было, что Олегу не понравится тело. Детские страхи окутывали эльфа, мешая действовать, подавляя решимость. Но Ван всё же на пару секунд отстранился и, безумно смущаясь и глядя в пол, снял до конца одежду.
Олег донёс своего мужа до кровати и положил поверх одеяла. Он укусил за шею, вызывая дрожь и первый стон Вана. Тот уже перестал зажиматься и смущаться, наслаждаясь чужими касаниями, чужими поцелуями. Он пытался и сам отвечать на подаренное удовольствие, но потерялся, не зная, что делать. Для Вана это был первый раз, первая в его жизни близость. Он смотрел на нависшего над ним мужа и чувствовал себя бесконечно маленьким и беззащитным рядом с супругом. Он поднял ладонь, проводя ею по лопатке мужа и спуская по руке, упирающейся в кровать, чувствуя чужие мышцы, чужую силу, которой хотелось подчиняться.
Олег ввёл в анус парня свой палец, чувствуя, что девственные мышцы ещё не готовы его принять. Даже палец вошёл с трудом. А сам Ван вскинулся, выгибаясь и непроизвольно сокращая ягодичные мышцы и сжимая посторонний предмет ещё сильнее. Олег закинул чужие ноги на свои плечи, продолжая подготавливать любовника. Он чувствовал, как выделяется смазка и проход становится заполненным жидкостью. И когда он решил, что достаточно подготовил парня, толкнулся внутрь уже своим членом. Олег ощутил, как ещё минуту назад чувствительное на самоё лёгкое прикосновение тело застыло, будто каменная глыба. Человек видел, что Ван боится сделать лишнее движение, чтобы боль не стала сильнее. Но и сам поделать с этим ничего не мог. Он толкнулся ещё глубже и застыл, чувствуя, как оттаивает эльф.
Ван немного растерянно посмотрел на мужа, боясь и желая начала движений. Он сжал одеяло в своих кулаках и начал глубоко дышать. И вновь движение вперёд, и Ван пытается расслабиться и отстраниться. Наверное, он неправильный дроу, раз боль не приносит ему ни малейшего удовольствия. Он покорно терпит, когда толчки сотрясают его тело. Он чувствует, что член мужа задевает простату, но это удовольствие не может сравниться с болью. Ван знает, что нельзя лежать, подобно кукле, и старается по мере сил подмахивать, впуская член супруга всё глубже в себя.
Ван смог получить удовольствие лишь на третий раз этой ночью, когда вся боль уже сошла, а мышцы были готовы принять чужое тело. И, наверное, именно после этого забылись первые болезненные разы. Ван лежал, как и хотел, прижавшись к супругу. Разгорячённому, такому близкому. И уходить совершенно не хотелось. Не хотелось после всего случившегося ложиться на холодную простынь в своей комнате и трогать себя, вспоминая ночь с мужем.
— Спи здесь, — тихо сказал Олег, убирая с лица эльфа прядь волос.
— Сегодня?
— Всегда, я не привык спать один. Да и братья пусть приходят, если хотят.
— У тебя было много любовников?
— Хватало. Но это не те вопросы, что могут хорошо закончиться. Спи.
Ван послушно заснул, обнимая своего мужа. И, правда, какая разница сколько. Главное, что теперь у него только мужья. А будь иначе... Они всё равно ничего не смогут сделать, но Олег принадлежит им.
Когда всё идёт хорошо, то надо ждать беды. Олег этого, к сожалению, не усвоил. Прогнозировал, что обстоятельства могут сложиться неблагоприятно, но всё же во многом полагался на удачу и на знания своего мира. Своего мира, когда надо было уже привыкнуть к новой жизни.
