— Черт! Когда ты так на меня смотришь… мое сердце перестает биться. — Он провел пальцем по гладкой щеке юноши. — Красивый мой!
Их губы вновь слились в долгом поцелуе. Наконец Таи оттолкнул охранника.
— Теперь марш отсюда! Мне нужно закончить с ужином, а то все с голоду поумирают.
— Слушаюсь! — Оди отдал ему честь и тут же подмигнул. — Мне нравится твоя командирская жилка. Заводит!
— Марш! — повторил Таи, уперев одну руку в бок, другой указывая на дверь и стараясь сдержать улыбку.
Охранник ухмыльнулся, но приказ выполнил, и повар принялся на скорую руку соображать что-нибудь к ужину. Был уже поздний вечер, а никто из них — ни сам Таи, ни Оди, ни братцы — с самого утра ничего не ел. Наверняка и Ясон ни кусочка в рот не положил, а ведь блонди и за завтраком, и вчера за ужином едва прикоснулся к пище.
К счастью, предусмотрительный Таи всегда держал солидный запас готовых блюд на какой-нибудь экстренный случай вроде неожиданного визита важных гостей. Эту полезную привычку он завел в бытность шеф-поваром во дворце своего кузена, куда сановные шишки могли заявиться в любое время дня и ночи. Таи частенько вырывали из объятий сладкого сна с приказом накрыть стол за каких-нибудь полчаса. Ему не раз доводилось терпеть наказание от руки царственного брата — который, кстати, никак не проявлял своих родственных чувств — за то, что не успел управиться вовремя. С тех пор парня начал преследовать навязчивый страх, что в нужный момент ему нечего будет поставить на стол, и он каждый день выпекал несколько лишних буханок хлеба, варил суп или тушил мясо, готовил запеканку, а на десерт — какой-нибудь пирог, торт или мороженое.
Вскоре стол был накрыт, на нем дымилась гора всякой вкуснятины, и даже без сигнала к ужину обитатели пентхауса — за исключением Ясона и Рики — потянулись в главный зал.
— Черт, я так проголодался, что чувствую, как мой желудок переваривает сам себя! — простонал Аскель.
— Идиот! Нужно голодать… неделями, чтобы желудок начал сам себя переваривать, — возразил Фрейн. — И при этом он начнет заметно выпирать.
— Прямо как твой?
— Не понимаю, о чем ты.
Фрейн втянул живот. Вообще-то, он всегда был стройным и подтянутым, но с тех пор, как поселился в Ясоновом пентхаусе, уже успел набрать пару лишних килограммов. Он мысленно сделал себе зарубку на память — пора по вечерам заняться плаванием и усерднее качать пресс, и пусть братец удавится от зависти, глядя на его стальные мышцы.
Аскель засмеялся.
— Можно подумать, никто не заметил твоей уловки — ты втянул живот! И чего это ты лыбишься?
— Да вот, представил, как надеру тебе зад на тренировке. Посмотрим, кто сегодня быстрее проплывет двести метров!
— Идет. Только я сомневаюсь, что ты рискнешь залезть в бассейн, братец. Вдруг там амебы плавают, а? — поддразнил его Аскель.
— Ну, по крайней мере, у меня хватает мозгов не бояться, что мой желудок сам себя переварит, если я один раз жрачку пропущу.
— Да ладно? Ну…
Аскель замолчал, не сумев придумать достойный ответ. Фрейн громко заржал.
— Эх ты, убогий!
— Да пошел ты!..
— Офигел? Скажи мне это в лицо!
— Я и сказал, только ты слишком тупой, чтобы…
Внезапно за спинами братцев возник Оди, схватил обоих за шеи и сжал изо всех сил.
— Сегодня я не в настроении слушать ваши идиотские свары. Так что поцелуйтесь и помиритесь, а потом заткните рты!
— Эй! — вскрикнул Аскель. — Больно же, Оди! Отпусти!
— Ага, — присоединился к нему Фрейн. — Охренеть как больно!
— Вы будете целоваться и мириться?
— Знать не хочу ни о каких поцелуях! — запротестовал Фрейн.
— Я буду, буду! Только шею отпусти, мать твою!
Оди убрал руки, Аскель шагнул вперед и наклонился, чтобы поцеловать братца. Тот уже собрался его оттолкнуть, но Аскель вдруг страстно впился в его губы и проник в рот языком, выписывая им сумасшедшие вензеля.
— Тьфу ты! — отпихиваясь, завопил Фрейн. — Не суй свой грёбаный язык мне в рот!
— Нам было велено целоваться и мириться, — осклабился Аскель.
— Это был самый отстойный поцелуй в моей жизни! Все равно что целоваться… с только что пойманной рыбиной!
Оскорбленный в лучших чувствах Аскель упер кулаки в бедра.
— Я просто хотел тебя позлить. Если хочешь знать, я в этом деле признанный специалист.
— Интересно, на какой планете? — съязвил Фрейн.
— Ставлю тысячу кредитов, что заведу тебя с одного поцелуя.
— Идет.
Фрейн пренебрежительно смотрел на брата, уверенный, что тот с треском провалится. Аскель положил руки ему на затылок и начал нежно ласкать его губы своими, заставляя открыться навстречу томительной сладости поцелуя. Фрейн почувствовал, как вопреки его показной холодности в паху всё наливается тяжестью и каменеет.
— Вот бля! — выдохнул он, когда братец отстранился. — Ладно. Ты выиграл.
С торжествующей улыбкой Аскель повернулся к Оди, ожидая и от него признания своей победы. Но тот только головой покачал.
— Меня от вас воротит.
— Таи, ну где там ужин?! — с возмущением набросился Аскель на повара, стоило тому высунуться из кухни. — У меня уже кишки слиплись, а запах от еды обалденный!
— Давайте, садитесь за стол. А я попробую уговорить хозяина Ясона присоединиться.
