Оди лег и протянул руку повару. Тот осторожно взобрался на постель — он немного нервничал оттого, что оказался полностью обнаженным в кровати с другим мужчиной.
— Обещаешь, что не тронешь меня? — спросил он.
— Обещаю, я тебя не трону… пока сам не захочешь.
Таи кивнул и улегся с ним рядом. Оди потянул его на себя и начал жадно целовать, лаская ладонями спину и ягодицы. Он стискивал и раздвигал мягкие полушария, а его напряженный до боли член жаждал разрядки.
— О, Таи! — простонал он, закусив губу.
— Что мне сделать?
— Поцелуй мою грудь. Потом — живот. Целуй всё ниже и ниже, пока не доберешься до члена, и немного полижи его.
— Так?
Таи принялся покрывать тело охранника нежными, легкими поцелуями, медленно продвигаясь к указанной цели. Оди отозвался на ласку низким стоном и запустил пальцы в волосы юноши. Обычная выдержка внезапно изменила ему, и он подтолкнул голову Таи вниз.
— Пососи его! — взмолился он.
Повар внял его мольбе и принялся лизать и посасывать головку, хотя его движениям явно недоставало уверенности.
— Открой рот пошире, — подсказал Оди. — Теперь возьми его в рот.
Таи выполнил его инструкции и едва не подавился.
— Извини, — смущенно пробормотал он.
— Ничего, научишься. Попробуй снова.
На этот раз получилось немного лучше, и повар сумел вобрать в себя член примерно до половины.
— Вот так хорошо, — подбодрил его Оди и немного приподнял голову, чтобы лучше видеть парня. — Очень хорошо, Таи. Теперь подвигай языком.
Таи подчинился, охранник застонал и откинулся назад.
— Святые яйца! Превосходно, любимый мой!
Удивленный этим ласковым обращением, повар на миг застыл и растерянно посмотрел на партнера.
— Не останавливайся! — взмолился Оди. — Продолжай, еще немного!
Юноша послушно продолжил. Издав серию протяжных грудных стонов, охранник наконец его остановил.
— Хорошо. Теперь вспомни, о чем мы говорили. Продвигайся языком вниз, а я подержу свои ноги, чтобы тебе было удобнее.
Оди взял себя за бедра и подтянул их к груди, полностью открываясь для ласк. Таи начал медленно вылизывать его промежность, продвигаясь к анусу, и охранник задрожал от возбуждения.
— Да, здесь, Таи! — шептал он. — Полижи меня здесь. А теперь… засунь кончик языка внутрь.
Таи выполнял всё беспрекословно, его язык пробрался через узкое колечко мышц, и Оди снова застонал в экстазе.
— Погладь мой член другой рукой, Таи! И прошу, не останавливайся!
Повару было так приятно доставлять партнеру удовольствие. Он прилежно следовал указаниям и не прерывался ни на миг, чувствуя, как по телу охранника пробегают волны сладостной дрожи.
— Теперь чуть поглубже, — задыхаясь, потребовал Оди. — О да! Вот так… именно… о боги… о-о-о…
Он издал пронзительный страстный вопль. Потрясенный Таи вытащил из него язык и в полном изумлении смотрел, как партнера выгибает дугой от наслаждения. Ничего прекраснее аристиец в своей жизни еще не видел.
Оди расслабился, открыл глаза и улыбнулся юноше.
— Это было… даже слов не подберу! — Он поманил парня к себе. — Иди сюда, мой ангелочек!
Таи приблизился к нему, и охранник заключил его в крепкие объятия.
— Останься со мной до утра, — прошептал он. — Скажи, что не уйдешь. Я не хочу, чтобы ты уходил.
— Хорошо.
Таи улыбнулся и уютно прижался к нему всем телом. Он и не помнил, чтобы когда-нибудь в жизни испытывал такое счастье.
Рики метался по постели и что-то невнятно бормотал, иногда выкрикивая имя Ясона. Но гораздо чаще он звал Гая — что действовало на блонди, как красная тряпка на быка — и какого-то неведомого Кея.
Поначалу Ясон никак не мог понять, что за птица этот Кей. Потом блонди вспомнил: так звали монгрела, который положил глаз на вотчину Катце. Именно его не было в тот день, когда Рики поставил зарвавшихся «Бизонов» на место, и, если блонди не изменяла память, он и Гай теперь были партнерами.
Но почему Рики постоянно зовет этого Кея? Вместе с беспокойством и ревностью в душу Ясона закралось подозрение, что у пета, возможно, еще сохранились какие-то чувства к Гаю… и он считает Кея своим соперником.
Чему тут удивляться, по большому счету? Рики, в конце концов, провел целую неделю с этим Гаем. Что странного в том, что он питает привязанность к своему бывшему?
Ясон попытался взглянуть на всё это со стороны. Кто такой Гай? Всего лишь монгрел. Глупо ревновать к какому-то несчастному полукровке… И всё же именно этим блонди сейчас и занимался — он ревновал. Безумно, бессмысленно и горько.
Он просидел у постели своего любимца до рассвета. Проснувшись среди ночи, Рики попросился в туалет. Блонди на руках отнес его в ванную комнату. У монгрела не осталось сил, чтобы сопротивляться, и он молча уронил голову хозяину на грудь. В туалете Ясон помог пету облегчиться, придерживая рукой его член. Будь Рики здоров, он от стыда провалился бы на месте, но пет так ослаб, что был признателен за любую помощь.
— Спасибо, — пробормотал он, когда блонди подхватил его и понес обратно в спальню.
— Не за что, любовь моя! — ласково ответил хозяин. — Тебе что-нибудь принести?
— Ты ведь гладил меня по волосам, да?
— Да, пет.
— Мне понравилось.
