Генри смотрел ему вслед. Нет, он не побежал. Он помнил урок своего отца, когда пятилетним мальчиком побежал за десятилетним Трегиром. Сейчас он уже не помнил причину ссоры: то ли Трегир забрал у него машинку, то ли он сам не захотел показывать эту машинку Трегиру. Но тогда Генри с плачем побежал за ним, и его перехватил отец: «Негоже принцу бегать за подчинёнными. Ты всегда их можешь вызвать через охрану».
Это и сделал Генри в этот раз. Вернувшись к себе, он передал чтобы к нему был доставлен великий герцог младший. Он знал, что Трегир, несмотря на обиду, не имеет права не явиться.
Трегир остановился на пороге рабочего кабинета принца. Он стоял, гордо подняв голову:
–Вы меня вызывали, ваше величество?
–Всё, Трегир, хватит, проходи, садись, – но Трегир не пошевелился. – Ты такой же упрямец, как и твоя подопечная. Успокойся уже. Я не сомневаюсь в твоей честности. Это было бы безумием привезти в страну самозванку с таким ужасным характером. Надо быть самоубийцей, чтобы такое сделать.
–Ваше величество… – начал было Трегир. Но Генри его перебил.
–Да, я поддержал королевский совет, потому что эту красавицу надо ставить на место сейчас, – Трегир с удивлением посмотрел на принца. – Она вымотала нервы тебе! Она успела достать меня! Вчера после первой же встречи плакала мать. Именно для того, чтобы эта девочка иногда думала, прежде чем делала, я и поддержал королевский совет. Послушай, Трегир, две недели роли не сыграют.
–Две недели ареста для пятнадцатилетней девочки. Мы привезли её в страну и сразу же помещаем под замок, не дав ей понять, что к чему. Это жестоко.
–Трегир, во-первых, Анжелику никто не тянул за язык представлять и тебя и себя обманщиками. Она сама на это напросилась. Во-вторых, не такое уж и плачевное её положение. У неё два часа в день прогулок и два часа в день тренировок. Итого четыре часа вне нахождения апартаментов. Хорош карантин. Кормить её будут хорошо, ты сам знаешь. Не будет разносолов, но и не хлеб и вода. Я добился, чтобы среди лиц, с которыми будет встречаться в этот период времени Анжелика, был представитель от тебя. Кого представишь?
–Лаура… – Трегир ответил, не задумываясь. Он прошёл, сел в кресло. Генри, безусловно, был прав: ставить её на место надо было сейчас и она сама напросилась на неприятности.
Прошло две недели. Как и предполагал Генри, скучать Анжелике не приходилось. В первое же утро её предупредили, что если будет хотя бы малейшее нарушение дисциплины, она будет лишена привилегий. Ей пришлось подчиниться. Нет, при желании она могла сбежать. Королевская охрана даже не предполагала, что эта девочка мастерски владела навыками борьбы. Но куда бежать без денег и документов в стране, где она никого не знает. Надо было выждать момент, когда у неё будет больше свободы, когда появятся знакомые и хотя бы немного денег в кармане.
Каждое утро приходила медсестра. Она забирала анализ мочи, а также брала пробы из носа, рта и один волос. Потом ей приносили завтрак, прогулка, час занятий: история и культура Анастаса (чего зря времени пропадать), потом спортзал, обед, свободное время, полдник, снова час занятий (обычаи Анастаса), ужин, прогулка, свободное время до утра. Перед сном медсестра приходила снова за этими же пробами.
Наконец наступил тот день, когда её опять повели на обследование. Анжелика уже мечтала о том, что всё закончится. Общаться за время карантина она могла только с преподавателями и только по теме уроков. Ей казалось, что она скоро озвереет от одиночества. В этот раз за ней пришла охрана. С братом и Трегиром она встретилась лишь на месте.
–Ну что, господин Трегир, усаживайте свою подопечную на анализ, – проговорил старейшина.
–Господин старейшина, мы же сказали, что пошутили. Ну отпустите уже меня домой. Я посидела под арестом, может, хватит… – начала было Анжелика.
–Успокойся и подчинись, – перебил её Генри. – Неужели ты ещё не поняла, что и так всё уже установлено? У тебя каждый день по два раза брали анализы. Результат крови не более чем формальность. Перестань ломать комедию.
