– Мой лорд, я так рада видеть вас в стенах нашей обители, – Первая жрица одарила меня фальшивой улыбкой, встретив, как дорогого гостя в своем золотом кабинете. Она плавным жестом указала на два низких кресла, оббитых блестящей парчой, и низкий столик из красного ореха.
Мы присели на мягкие сидения, и жрица приказала послушнице подать нам травяной чай.
Если бы не этикет, она бы никогда не обратилась ко мне «мой лорд». И уж тем более она не была рада меня видеть. Это читалось во взгляде.
Признаться, я и сам не испытывал ни капли удовольствия. Находится рядом с этой женщиной было неприятно. Она та, кто обладала властью изменить порядок вещей внутри храма Вивии, но ничего не делала.
Первой жрице нравилось, что ей продают вивьен – девиц с пассивным даром создавать солий. Нравилось поддерживать внутреннюю иерархию среди жриц, ведь она у них чуть ли не сама богиня. Нравилось устраивать торги послушницами. Последнее называлось красивым словосочетанием «обряд инициации». Когда дар девушки полностью раскрывался, за право провести с ней первую ночь мужчины голосовали деньгами. Если девственница – начальная ставка выше. Говорили, что этот первый солий прекрасен и сладок, как напиток богов.
Отвратительно. Я никогда не желал вникать в эту ерунду. Хоть и сам был археем – черным магом, которому жизненно необходим солий для пополнения магического резерва и усиления способностей. Но я никогда не спал со жрицами и всегда осуждал тех, кто их использует.
Секс – самый эффективный способ передачи солия. Но спать с женщинами только из-за этого? Увольте.
Конечно, существовал закон, согласно которому все вивьены должны находится в храме, и все археи должны его посещать. Но в законе ничего не говорилось о торгах, сексе, и обрядах инициации. Это уже сами люди додумали.
Император, в чьих силах изменить закон, сам был из археев. Он регулярно посещал столичный храм и не видел никакой проблемы в том, что его элитные военные подразделения наслаждаются обществом вивьен. Солий дурманил девушкам голову. Его переизбыток вызывал дикое желание. Они и сами были рады отдаться, лишь бы избавиться от магии. В этом и заключалась суть, вивьены давали, а мы, археи, брали.
Но, кроме секса, существовали и другие способы передачи. От молчаливого присутствия до теплой беседы. Иногда хватало посидеть пару дней в атриуме, чтобы пополнить магический резерв до краев.
Но это же ведь не так интересно, как секс. Поэтому храмы превратились в царство порока. И самое противное, что никому не было дела до этого. Храмы существовали так давно, что все свыклись к тому, что творилось за их стенами. Все эти ритуалы стали обыденным порядком вещей.
– Рад видеть вас, Агния. Прошло уже три года с момента нашей последней беседы, а вы все не меняетесь, – я был спокоен, улыбался, хотя чувствовал, как начинает саднить старая рана.
– Этим я обязана своему дару, – Первая жрица мастерски продолжала изображать радушие. Вивьены не старели внешне благодаря своему пассивного дару. Солий поддерживал их красоту и дарил долголетие. Никто уже не помнил сколько лет Агния заправляла в столичном храме Вивии. Но она была все также молода. Длинные насыщенного красного цвета волосы, жгучая зелень глаз, молочная без единого изъяна кожа. Таких в сказках именуют ведьмами.
– Не сомневаюсь, – я поднял сверток и положил перед ней на стол.
– Что это? Испорченный халат? – скривилась она.
– Янтарная гадюка, – я с ухмылкой наблюдал, как Агния с ужасом отстраняется от столика. – Мертвая янтарная гадюка.
– Ох, милорд, надо было сразу об этом сказать, – она картинно положила ладонь на грудь.
– Неужели вы подумали, что я бы осмелился принести вам живую гадюку? – не без ехидства поинтересовался я.
Агния рассмеялась.
– Ну что вы, конечно нет. Вы не способны на такую подлость, – она махнула рукой.
– Прекрасно, что вы это понимаете, – я продолжал давить улыбку, а сам думал о том, что прислать ей коробок с живыми янтарными гадюками неплохая идея.
Я развернул халат, явив на свет мертвую змеиную тушку с отдельно валяющейся головой. Девчачью заколку брать с собой не стал, завернул в полотенце и спрятал в комнате. Я знал, что янтарная гадюка оказалась в моей кровати не просто так. Чтобы сейчас не сказала Первая жрица, как бы не объяснилась, это будет ложью.
Впутывать в свои разборки девчонку я не намеревался.
– Мне хотелось бы знать, откуда змея взялась в моей постели, – не отводя взгляда от Агнии, я откинулся на спинку и расслабился. Интересно, что она придумает.
– Случается, янтарные гадюки заползают в храм, – жрица не повела и бровью. Искусная игра, ничего не скажешь.
– И как часто? – я подыграл ей. Замешана она в этом или нет, не важно. Важно, что ей в любом случае была бы выгодна моя смерть. Но действовать открыто ей, естественно, не хотелось. Как и остальным моим недоброжелателям. А вот случайно заползшая смертельно ядовитая змея отлично вписывалась в картину несчастного случая.
– Ну-у, – она пожала плечами, невинно похлопав длинными ресницами. – Может раз в месяц или два. Но такие случаи бывают.
– Печально слышать.
